Лаборатория - Baddy Riggo

Главная | Сага, Часть Третья Регистрация | Вход
Сага. Часть Третья, FULL

«DIARIOS DE MOTOCICLETA». Сага.  FULL
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ.


Сьенфуегос. «Электроник».
13 485 км пути (1 765 км по Кубе).

       Для простоты общения, название текущего пункта назначения решено было адаптировать под родную русскую речь. В тендере участвовали такие словотипы как Всемхуёвос, Семьфиговинск и Семихренск. Факультативно: Полупальск и Полуфигинск. Но явного фаворита не было. Да и надобности в частом употреблении названия города тоже.
      Плюнули на словотворчество.
      Как и было предначертано, при въезде в город нас встречала зеленая «Хуяйка» и ватага «заводных» френдов на великах. За рулем авто был хозяин нашей новой касы Алан, которому нас препоручил Хесус, по этапу.
      Поехали вслед за ним. Френд на велике не отстает. Скорость к сорока. Френд, как привязанный – не отстает! Бобби оборачивается:
      «Смотрите, пацаны. Это же, блин, ЭЛЕКТРОНИК!»
      (Как мне нравится это здоровое мужицкое ржание во всю открытую глотку!)

      Подъехали к современному двухэтажному дому. Электроник подкатывает, запыхавшийся, правда:
      – Каса? Сэнтэр? Дискотэк?
      – Трять! Ты совсем идиот? Не видишь, что мы уже нашли касу?! – орем мы на него уже вместе с Аланом.
      – Ну, тогда я подожду, а потом до центра вас провожу.
      – Алан, а где тут центр? – По этой улице метров 700, даже Капитолий местный отсюда виден. Во-он там. – Слышишь, Электроник? Свободен! – А дисктэк? Я вас до дискотеки провожу, а то заблудитесь. После утвердительного кивка Алана над равниной разнеслось раскатистое: «Знаешь что, Электроник… ИДИ НАХ!!!!!!» Взрывной волной вело-киборга напрочь снесло с седла. Вот она – волшебная сила великого и могучего!

Сьенфуегос. «Эль Накатить!»
13 488 км пути (1 768 км по Кубе).

      Хозяева наши люди молодые, современные, лет тридцати с небольшим. Дом тоже современный, моднявый. Без намека на колониальный колорит. Кресла красной кожи, стойка барная. После Тринидада – диковато. Но цены стандартные.
      Только в одной из комнат… опять одна койка: «Нет, Бобры, теперь вы будете ютиться. По очереди, по справедливости – по старшинству».
      Но Алан из уважения к старости принес отцам матрас дополнительный. Так что все разрешилось для «эль пердунов» самым прекрасным образом.
      Марик жалуется, что Алан по-английски «плывет». Контакта нет: «Иди. Два не-носителя языка лучше друг друга поймут».
      Ну, вот и мой час пробил. Мой черед настал налаживать контакты, наводить мосты и понтонные переправы. «По очереди, по справедливости».

      За ужином включаем «Лос Дедушкос», а Алан морщится – нафталин. Музыка у него подстать интерьеру – тоже модная и современная. Что-то типа «Чикаго» («дудки» очень люблю у них), но с кубинскими ритмами.
      «Кто это, Алан?.. запиши лучше в журнал бортовой. «Issac Delgado»? Мучо грасьяс, муй бьен. Куплю диск обязательно».
      На ужин «чикен». «Пескаду» Алан честно не посоветовал: давно уже поймана – в магазине. Какой-то он не-кубинец, чесслово.
      За ожиданием ужина засели на веранде с только откупоренным (каким уже по счету?) Роном «7 аньос». На закуску бананы, с дайв-приключения оставшиеся.
      Я пошел по заведенной в Тринидаде традиции звать хозяина на «трэс плюс закрепляющая». Объясняю Алану, что «литтл дринк», по-русски – ЭЛЬ НАКАТИТЬ:
      – Пойдем, с нами ЭЛЬ НАКАТИМ.
      – Я только одну. Не люблю, вообще-то. А чего вы на веранде, какими-то бананами закусываете. Сейчас ужин будет.
      – А мы еще и за ужином ЭЛЬ НАКАТИМ. А потом напьемся (мы же – «руччо») и песни русские будем петь, грустные. Потому что в печали мы сегодня:

      «Ой, ты степь широ-о-о-ока-а-а-я-я…»

Сьенфуегос. «Сэна» и «Сиеста».

      Все, что кубинцы называют «чикен», может оказаться каким угодно пернатым. Судя по внушительным размерам обглоданных нами костей. Ноги – толще моих! «Эль Индюх»?
      Да, какая, хрен, разница, если вкусно. Если бы еще не воспоминания о потчеваниях у Тети Анай. Но такова теперь наша карма – неизбежно сравнивать все с нашим Тринидадским Пиком.
      Снизошедшая на меня сыть-да-пьяная благость сподвигла на общение с хозяйкой дома. Она утверждает, что ее родители-коммунисты и русофилы, назвали ее русским именем. И зовут ее Иданья. Это, такое русское имя?!! Круто!
      С английским у нее еще хуже, чем у меня. Но она призвала на помощь дочу свою, девку лет 12…14-ти. А я призвал в помощь Рон, принятый ранее. Ольга-дочь (ну, вот, хоть что-то на наше похожее, субарктическое) английский в школе учит, видимо, как и мы когда-то. Никак!
      Хорошо, что свидетелей нашего разговора не было. Оборжались бы.
      Но втроем, на стыке четырех языков (включая жесты) как-то договорились. Они мне про многочисленных родственников и знакомых, глядящих с фотографий на стенах. А я им про Отчизну свою. Для наглядности нарисовал в бортовом журнале большой огурец нашей Родины. Линией пополам его разрезал (Уральские горы) и, ровно в центре, точку жирную:
      – Это мы. Сиберия – фрио! Минус 20, минус 30 градусов сейчас. Нашего Цельсия!
      (Про то, что снега в декабре до сих пор нет, не стал говорить, чтобы не портить героический образ нашего сурового северного края).
      Иданья обалдевает:
      – В том году была у родственников в Австрии. Чуть не умерла от холода.
      (Тьфу ты, растения комнатные).
      Хозяюшка пыталась произнести мое имя, но безуспешно – все «Бади» получался. Ладно, так и быть, буду этим самым «БАДДИ» – голосом закадровым этой Героической Саги. А вам, сеньора, спасибо, за прозвище.

Сьенфуегос. «План наступления».

      А в это время сыны Арея, расположившись на террасе, склонились над Картой Наступления. Вяло попивая, покуривая и обсуждая План дальнейших маневров.
      Алан, повторно склоненный к «Эль Накатить», помогал в привязке к местности. Отметил крестами на Карте «Точки Входа В Иную Реальность» – Дискотеки.
      Заодно поинтересовался: заезжали мы в Ботанический Сад?
      – Это тот, что мы по дороге сюда, мимо проехали? Нет, Алан, «никаких экскурсий и цифр для запоминания». Табу!
      – А водопад под Тринидадом? А плантации кофейные? Вот тут, если по карте (картофелины на карте расставляет).
      – Блин, отцы, мы чего такие олухи? Могли ведь, заранее в путеводитель заглянуть. С другой стороны, застряли бы тогда совсем, на хрен, в Тринидаде этом. Прекрасном. А ехали сюда, сами знаете, в каких чувствах – не до водопадов глупых.
      – Ничего, падры. Захотим, и вернемся. Только не хотим сейчас.
      Еще Алан упомянул о герое революции по имени Сьенфуегос.
      – Теперь понятно, откуда название.
      (Сроду нет. Следим за повествованием дальше. Больной, проснитесь! Примите снотворное.)

Сьенфуегос. Город-призрак, Центр.
13 489 км пути (1 769 км по Кубе).

      Действительно, улица, на которой мы остановились, вышла прямо на центральную площадь. При этом плавно превращаясь в местный Арбат.
      А город молодой: чистый и ухоженный. Не кубинский даже, в нашем извращенном уже понимании. Наш путь пересекает Прадо. А на Арбате витрины «бутиков» и «галерей». Людей на улице нет. Завтра – начало недели? Или вымерли? Закрадывается ощущение, что мы среди декораций киношных. Город-призрак или «Потемкинская деревня»? Гавана в миниатюре.
      Проходя мимо заброшенного величавого здания с зияющими бойницами, в душу закрались даже страшные мысли. Ужастик: с наступлением ночи жители города оборачиваются Беовульфами и выгрызают, напрочь, свежих туристов-недотеп. Назавтра все повторяется.
      «От заката до рассвета».

      Одинокий Зазывала (оборотень?) у бара ветрилами машет:
      – Мохито?
      Мы, в ответ, тоже «морзянкой» вяло отмахиваемся:
      – Сам ты – Мохито! В смысле: щас не об этом, амиго.

      Вот и бар-дискотека центровая, тут же. Со скамейки несется уже знакомое «пс-пс». А мы уже вакцинированы в Санта-Кларе:
      – От «пс-пс» слышим! В смысле: щас не об этом, девчонки.
      Вход в бар толи «трэс», толи «сэйс». А уровень Мухосранска, точнее – Всемхуёвинска. Но за такую цену – местных нет. «Местные» на скамейке при входе остались. Но проверку боем проводим. Кроме нас в баре алеманов две кучки навалено и поблизости пубертатная парочка «мажориков» местных. У девчушки такая короткая юбка, что исподнее хб-шное в свете «целлюлозных» софитов так фосфорицирует среди полумрака, что мы едва допили Мохито. И от греха подальше.
      («Эль Лук» отпускать стал? Сейчас опять на баб потянет? Только не это!)

      Так, что у нас на площади центральной? Капитолий, Театр, Централ-сквер, Марти и сейба. Значит, и Малекон где-то поблизости должен быть. Полный кубинский набор.
      В районе театра – смех и музыка. Идет представление. Сначала «бэнд» несколько тактов горячей музыки играет. Затем наступает черед «Петросяна» местного посола. Посетители встречают каждую фразу смехом. Но юмор у него какой-то… испанский. Постояли три минуты, как идиоты: «Может, чего не понимаем, но шутки у него… ни разу не смешные!»

      «Пс-пс»-ыкающих уже смело… смели. Одной проблемой меньше. А кроме них на Арбате – уже никого. Возвращаемся на Праду, где-то здесь еще один «Портал», крестом жирно на Карте обозначен.
      Зазывала-оборотень из бара увязался: «Все покажу, проведу, расскажу».
      А мы такие уставшие, что сил отбиваться нет. Так он с нами до летнего театра и доволочился, хвостиком волчьим. Носферату, блин, призрак ночи!

Сьенфуегос. «Гренадерша в Голубом».
13 490 км пути (1 770 км по Кубе).

      Круто зайдя с виража на Праду, наш фрустрозный Леопольд столкнулся с прекрасной пышноразной Шоколадкой в умопомрачительно обтягивающем голубом.
      «Вот, Атэсь! Вот это твой размерчик – ГРЕНАДЕРША!» – стали мы тупо хихикать и улюлюкать, тыча Эль Старожила в бок и размахивая руками. Обозначая тем самым, сколько вкусного его ждет от этой ВСТРЕЧИ.
      Девка тоже не стушевалась, заиграв всеми своими стратегическими запасами тука.
      Чего не скажешь про Егорку. Тот как сквозь землю провалился. Впал в  очередную фрустрацию. Только по дорожке песочной его отыскали: «Леопольд, выходи, подлый трус!»

Сьенфуегос. «Вуду-пипл», танец на барабане.
13 491 км пути (1 771 км по Кубе).

      У очередного «Телепорта» стали свидетелями шоу. «Дискотекой» увиденное назвать сложно: на сцене летнего театра завораживающее африканское шоу. С барабанами и дикими африканскими ритмами и плясками. Ритм, превалирующий над мелодикой – мега-шаманство! Народ вокруг сотрясается в такт, начиная входить в транс.
      Вуду? Как бы кого сейчас в жертву не принесли.

      Еще на входе «френдисты» наперебой свои посреднические услуги предлагают, с «образцами» знакомят. Мы вяло с этими «образцами» знакомимся. Без ажиотажа: отбрыкиваться – больше сил уйдет.
      Что могут предложить местные «ночные бабо-чики»? В обмен на наше Тринидадское романтическое знакомство с нашими Рыбоньками? Пусть ничем закончившееся, но воспоминания о котором еще так остры? Пусть даже они тут сто раз «мучачи», и триста раз – «линды»? Ни-че-го! Ничего они нам предложить не могут. Когда в тебе видят только ЖИРНЫЙ КОШЕЛЕК, ничего мужского даже не всколыхивается. Когда легкий романтический флер разъеден прозаичным – «КУК». Пошло и низко!
      «Не, падры, я точно – пас!» – вторю я волшебному отворотному эликсиру «Эль Луку»,  действие которого еще дает о себе знать.

      – Мэ льямо Марфа. Вот телефон. Звони завтра, пойдем на «эль пляж».
      – Да-да-да, конечно, «маньяна» все «посибле»… – едва сдерживаю зевоту.
      Правда, все равно, пришлось отвалить «френдам». Даже зазывале-оборотню досталось «за сопровождение». Ох, и свора!
      Мелочи не было, пришлось вливаться пятью рублями.
      Да, кстати, забыл напомнить коллегам лишний раз, что всегда при себе необходимо иметь МЕЛОЧЬ. Да помельче! Для подобных, к примеру, случаев.
      Усталость, накопившаяся за целый день и уже ночь, развернула наши стоптанные ноги в направлении коиц. Совершив оздоравливающий променад по Праде, четыре уже едва «мыслящих тростника» дотащились кое-как до снотворной рюмки Рона. На сон грядущий.
      «Спите спокойно, Великие Сыны, Отцы и даже Деды (ненужное зачеркнуть). И пусть, да не потревожат вас сны эротического содержания!»
      Где-то на перегоне забросил SMS на Родину: «Куба стала приедаться».
      Исчерпывающе!

Сьенфуегос. «Вуду-пипл», танец на барабане – Трэш.
13 491 км пути (1 771 км по Кубе).

      У очередного «Телепорта» стали свидетелями шоу. «Дискотекой» увиденное назвать сложно: на сцене летнего театра завораживающее африканское шоу. С барабанами и дикими африканскими ритмами и плясками. Ритм, превалирующий над мелодикой – мега-шаманство! Народ вокруг сотрясается в такт, начиная входить в транс.
      Вуду? Как бы кого сейчас в жертву не принесли.   

      Презрев все осторожности, Брат Бобб-Ху выказал нестерпимое желание отыметь какую-нибудь «Беляночку». Причем, в самое ближайшее время!
       (Все! Пыздэсь! Действие «Эль Лука» закончилось):
      «Где мы тут тебе «Беляночку» возьмем? Ты вокруг-то посмотри – черно кругом!»
      Но неутомимый Человек-Мотор Марк пообещал помочь Эль Капитану осуществить задуманное – исполнить святой интернациональный долг. И не замедлил, скажу. Тут же нашел помощника из числа френдского населения. И сподвижники Боббиного героического почина тоже нашлись в нашем лице. Тут как тут!
       >«Когда рассеивается дым над полем битвы, из укрытий вылезают Герои».      

      Нет, смотри-ка: нашли «Беляночку» для Эль Грандэ Буканеро. А нам, уж, досталось то, что осталось: «ночные бабо-чики» с точеными фигурками, как на подбор. Цвета кофе с молоком, и без молока. «Кафэ и лече», «эсо и эсо».
      Падрэ Боббо на радостях оставил нашу компанию и скрылся в неизвестном направлении. В сопровождении своей новой белокурой подруги. Я даже не заметил, когда:
      – Пацаны, а куда Боббу дели?
      – А Бобба наш сел в ландо и крикнул: «Трогай!!!»
       (Кому он крикнул? Зачем кричал? Что трогать?)      

      Понятно только одно: ОСУЩЕСТВЛЯЮТСЯ МЕЧТЫ! А еще точнее: ВСЕ МЕЧТЫ ОСУЩЕСТВИМЫ! Или так: Мечты Идиота – Часть Три!
      (Дома «беляночек» мало, что ли?)
      Пока рядились, да распределяли девиц «по очереди, по справедливости», Зазывала, тут как тут: к шапочному разбору нарисовался. Типа, смотри, каких девок подогнал. Вот же, потц: «Тебя здесь, вообще, не стояло, потрох!»
      Пришлось отвалить ему «пятерку» (меньше не нашлось), чтоб отстал.
      Да, кстати, забыл напомнить коллегам лишний раз, что всегда при себе необходимо иметь МЕЛОЧЬ! Да помельче. Для подобных, к примеру, случаев.      

Сьенфуегос. «Марфа» – Трэш.

      Мне досталась изящная Статуэтка с профилем Нефертити, на такой же изящной длинной шее. Голубица моя ни слова по-английски. Про русский стоит ли упоминать?
      Она что-то по-своему лопочет, а Зазывала переводит:
      – Она хочет, чтобы ты сопроводил ее «в кустики».
      – Ладно, падры, не поминайте лихом. Покатился я по наклонной плоскости. А-а-а!!!
      А сам кручу в голове: «И чего, прямо в кустиках что ли?»
      Все банальней и прозаичней: зашли в подворотню, где «мучачка» сбросила из своих полных трюмов забортной воды. Надудонила море разливанное, Карибское. Воистину – Пэсонька!
      – А теперь пошли, – говорит.
      – Ну, пошли.
      Во время нашего марш-броска на другой конец города, я вспомнил золотые слова Брата и Учителя Алехандро Беловежского: неважно, о чем говорить с девушкой. Главное – интонация.
      Я так понимаю, это как с кошкой. Никто же не учил кошачьего. Но раз кошка мурчит, значит, ты нашел для нее нужные слова.
      Так и я со своей «Муркой». Когда понял, что даже десяток интернациональных слов напрочь отсутствует в ее прекрасной царственной головке, решил выяснить минимально необходимое – ее имя. И полностью перешел на русский.
      Зовут мою «Кончиту» Марта. Марфа. Это имя я произнес, пожалуй, добрую сотню раз. Со всеми возможными интонациями: ласково, вкрадчиво, строго, с сомнением, мурлыча…
      Нес всякую чушь: цитаты из Песни Песней и параграфы из УК РФ. «Одену тебя в пурпур и виссон и склоню к сожительству в противоестественной форме». Песни ей пел «про север дальний»…
      На всю эту мою придурь она только смешно морщила носик.
      А фигурка-то какая! Нет, падры: у нас таких нет! Это точно! Заявляю об этом совершенно уверенно и безапелляционно!
      Но, несмотря на это, хотел ли я ее? Ответ – нет! Я, вообще, тогда никого не хотел – спать охота, хоть спички в глаза вставляй. А обстановка и весь последующий процесс были совершенно анти-располагающими. Тут я полностью согласен с Падрэ Лео: нет кайфа без «ля попиздеть по душам».

Сьенфуегос. «Конура иллегале» – Трэш.
13 493 км пути (1 773 км по Кубе).

      Слегка опасался, что нас с отцами разведут по разным сторонам города. «Ему же в Химки, а мне в Медведки». Но нет: чуть впереди, метрах в пятидесяти, Марик со своей «Обезьянкой». На которую, кстати, я сперва глаз положил, между прочим! Да-да, Марк. Если бы разводной оборотень Беовульф не мешался под ногами со своей козырной дамой – Мартой.
      А в арьергарде, как обычно, Дон Лопэдро со своим эскортом под ручку. «Чика» его держит, как кошельки в общественном транспорте держат – МЕРТВО! Не сбежит.
      Ну, слава Смотрящему! И Староста наш сегодня, наконец, будет обласкан Судьбой. А то последние дни страшно уже было смотреть на человека – «вещь в себе» (термин Канта). Он, аж, скукожился весь последние дни, размера до 58-го где-то.
      «Чики» постоянно держат друг друга в поле видимости, при этом пересвистываясь. Но не так как мы, а на вдохе. Это у них некий условный сигнал, вроде как. Становится ясно, что дело у них поставлено на поток. Со свистом пролетает, на вдохе. И все отработано до мелочей, на уровне инстинктов. Основных.
      Завела меня моя «нелегкая» Марта в какую-то очередную подворотню: «Жди».
      Где-то впереди луч света пробился из открывшейся двери. Меня потащили за руку.
      Из убогой каморки выходят недовольные заспанные люди: мужик с бабой. По виду – слесарь с крановщицей. Или «рабочий с колхозницей» Мухиной. Только без серпа и молотка.
      (Значит, быть сегодня яйцам на законном месте: неразбитыми и не оторванными).
      Но десятка, врученная им как компенсация за недостающие серп и молот, не сильно-то их взбодрила. Ах вы, суки: за десять минут полумесячную зарплату отбили, еще и недовольны?
      Собачья конура – «мазанка», крутая лестница наверх. Поднимаемся. Кровать и шкаф платяной – вся мебель. Кровать скомканная и еще теплая. Тошнота подступает к самому горлу.
      Но интернациональный долг, сука, платежом страшен. За «бэйнтэ песос» я поимел весьма сомнительное удовольствие. Конечно, с секундомером никто не сидел. Но мне показалось, что я «отстрелялся» за минуту, не дольше. Даже был немного удивлен: с Девушкой Моей Мечты вошкаюсь по часу – все вхолостую. А тут – за минуту! Организм, будто почувствовал подступы рвоты, скомандовал: «С этим постыдством нужно скорее КОНЧАТЬ! Пли!»
      Я и кончил! Точнее – плил!
      Притом, что Марта с самого начала запрокинулась на спину и лапки расклеила, типа: «Это максимум, на что ты можешь рассчитывать от меня, Рыга». Разве что песенки Шаинского не насвистывала, изображая скуку.
      А я уже ни на что и не рассчитывал. Правая рука завсегда теплей, родней и ближе!
      Короче, хрень полная. Интересно, у них действует закон по защите прав потребителей?

Сьенфуегос. «Опыты, разбор полетов» – Трэш.

       Марта (на что рассчитывала с таким-то энтузиазмом) на клочке бумаги записала свой телефон:
      – Звони обязательно.
      – Базаришь.
      Вышли в переулок покурить. «Слесарь» тут же. Через несколько минут еще одна парочка к нам присоединилась. И еще одна. Оказывается, мы все в одном месте подъебнулись, только в разных каморках. Даже Падрэ Боббо тут же. Никуда он, ни на каком «ландо» не уезжал, просто выдвинулся раньше.
       (А с чего вы, отцы, про «ландо» взяли? С перепою, что ли?)
       После знаменательной «встречи на Эльбе» всех участников автопробега «По дешевой продажной любви», мы спешно засобирались домой (три часа на дворе). На ходу попутно анализируя проведенные опыты. С использованием соответственных научно-исследовательских терминов. Как то:
       У всех сотрудников Лаборатории Практической Интродукции (мой опыт удален из выборки, дабы не портить общие показатели), на стадии первичной конвергенции произошла планируемая корреляция с испытуемыми образцами штаммов, закончившаяся полной или частичной диверсификацией объектов исследования. Без видимых дивергенций и девиаций. Гистограммы прогнозируемо в норме и соответствуют базовой теоретической модели.
       Считается, что Эксперимент в общем и целом удался.

       Впечатления отцов куда более теплые, нежели мои. И девки им попались более живые и активные. Даже белокурая Бобина бестия. Разве что, взяла с него два раза за хазу (типа, еще за товарища, что за стенкой пыхтит). Но зато договорилась с Эль Капитаном о встрече в условленном месте завтра в 11-00 – ехать на «эль пляж».
       (Я же говорю: более активные).
       А Обезьянка просто удивила Марика своей изобретательностью и неугомонностью. Правда, что-то опять с размерами не угадал Отец:
       «Опять фрикционные кровоподтеки? Ты что с ними делаешь, убийца домашних животных?»
       Еще Марик рассказал, что в его келье в углу, действительно, были Вуду-принадлежности.
      (А я вам о чем весь вечер толковал?)
       И у Егора с его «чикой» тоже все – «аусгецайхнет» (т.е., в переводе с алеманского, «щас не об этом»). Наконец-то! Прорвало последний Оплот Девственности!
       «С почином, Глеб Егорыч!»
       Все произошедшее вполне уложилось в классическую Боббину формулировку: «Спустить Пар».

       А мне было противно. За себя. За тупое бесчувственное совокупление. За унизительно быстрый «Пуск». За девок молодых и красивых, которые ради пары копеек вынуждены в этой гребанной стране ложиться под старых вонючих алеманов. Хотя мы, кстати, не худшие представители этого сучьего племени. (По Варадере такие «сморчки» дряхлые пошаркивают, пыздэсь!) Обидно за «рабочего с колхозницей», которые готовы за эти же сраные деньги в два часа ночи вылезать из грязной и скрипучей, но все же своей постели.
       «Да, что же это за говно такое? В этой стране и в этом мире творится?» – пытался я унять подступающую рвоту.
       Вот, такие хуевые итоги!
       А счет на текущий момент таков: переменная величина (от 1,1 до 6)/ 2/ 2/ 1.

       Уже на Праде слышим сзади цокот копыт: «чики» решили потрясти напоследок тугие алеманские мошны. Щипануть еще пару рублей «на такси». Типа, ехать далеко, кругом «мамбисасы» поджидают.
       Усталость, накопившаяся за целый день и уже ночь, развернула наши стоптанные ноги в направлении коиц. Совершив оздоравливающий променад по Праде, четыре уже едва «мыслящих тростника» дотащились кое-как до снотворной рюмки Рона. На сон грядущий.
       «Спите спокойно, Великие Сыны, Отцы и даже Деды (ненужное зачеркнуть). И пусть, да не потревожат вас сны эротического содержания!»
       Где-то на перегоне забросил SMS на Родину: «Куба стала приедаться».
       Исчерпывающе!

Промодерировано

18.12.06, Понедельник. День Двенадцатый.

Сьенфуегос. «То ли Пан, то ли пропал!»

      Разбудил меня рано утром странный режущий звук, от которого не было спасения даже под одеялом. Потому, что спал под простыней. Сквозь сон долго не мог понять, что же мешает моей сладкой утренней неге. А точнее, кто. Оказалось, какой-то мужичонка чумной под нашими окнами орет, как оглашенный: «То ли Пан, то ли пропал».
      И главное, у нас под окнами. Это на что это он, собака, намекает? И таки, агитатор и горлан постепенно добился своего – разбудил меня окончательно. В том числе и мой интерес пробудил: я полез через койку Марка, что у окна, посмотреть на оболтуса.
      Что бы вы думали? Это продавец ХЛЕБА! И, сроду, он не под нашими окнами ошивается, а просто голос такой зычный.
      «Конфетки, бараночки»… Коробейнички!

«Хорошо ли ты влился в кубинскую жизнь?» – Тест.

       1. На завтрак вам подают омлет, кофе и фрукты. Чем закончить трапезу?
      А) чисткой зубов;
      Б) фруктами;
      В) сигарой и кофе.

      2. Одной чашечкой кофе, судя по ее размеру, вы не напьетесь. Что делать?
      А) попросить разбавить эту горечь кипятком в нормальной большой кружке;
      Б) закуривая сигару, попросить еще кофе по-кубински. И, в ожидании, неспешно прихлебывать марочным «Гавана Клуб»;
      В) затаить злобу на жадных хозяев. И при случае настучать полиции, что те разрешили привести к вам девушек. На всю ночь и без документов.

      3. Время поджимает, и вам необходимо составить четкий план действий на сегодняшний день. С чего начать?
      А) расспросить подробно хозяев обо всех достопримечательностях города и о наиболее рациональном маршруте следования;
      Б) открыть пару путеводителей с той же целью;
      В) налить еще по рюмке Рона со словами: «успевает тот, кто никуда не торопится».

      Теперь подсчитаем результаты.
      Вариант первый. Вы без труда справились с тестом, правильно ответив на все вопросы. Вы можете гордиться, Мистер Знайка: вы настоящий Алеман. Да к тому же – выскочка. Чего вы тут третесь, если и так все про Кубу знаете? Как вы тут нам утверждаете.
       Вариант второй. У вас появились сомнения в правильности Ваших ответов. Значит, не все потеряно. И у вас, может, еще будет возможность стать настоящим кубинцем. Лет через сто каждодневных медитаций (инструкции по медитации читай далее).
       Вариант третий. Этот тест для вас – бред сивой кобылы. Поздравляю! Вы конченный и неисправимый романтик пляжного отдыха. Как вас сюда занесло из Антальи?

Сьенфуегос. «Инициация».
13 495 км пути (1 775 км по Кубе).

      Без особых разногласий решили обойтись без продолжения вчерашней «Сказки про Белоснежку и четырех Безногих Карликов». Встреча на пляже в 11 часов отменяется!
      Пока морально подготавливались к выходу в свет (кофе, сигары, Рон), заметили через дорогу еще одно недостающее звено «ряда стандартных кубинских атрибутов»: Грандэ Кактус, не замеченный вчера. Осталось еще отыскать «Эль Рапидо» и Малекон. И тема Сьенфуегоса будет раскрыта.
      Уже перед самой загрузкой в Падрэмобиль мы совершили, наконец, Ритуал Инициации. То есть, сели на поребрик перед домом и целых пять минут (!!!) ничего не делали! И ни о чем не думали! Просто сидели. Как настоящие КУБИНОСЫ!
      Мы были чисты и непорочны как младенцы. А вместе с нами и наши тела, и наши помыслы. А точнее – мыслей и не было вовсе: «Format C» в командной строке.
      Т.е., полное очищение, умиротворение и прямой выход в Астрал.
      Ритуал отдаленно напомнил наше «присесть на дорожку». Только кубинцы в своих придорожных медитациях ушли от нас недосягаемо далеко. Но пять минут были наши! 

      «Ямщик, не гони лошадей, нам некуда больше спешить!»



Сьенфуегос. «В поисках Кубинских Артефактов».
13 497 км пути (1 777 км по Кубе).

      При дневном свете повторили пройденное вчера, т.е., рассмотрели остальные элементы Кубинского Списка: Капитолий, Централ-сквер, Театр, «Катэдрал», Сейба, памятники Марти и Сьенфуегосу.
      Ага! Значит, никакой он не революционер, этот ваш Сьенфуегос. А конкистадор испанский, и по совместительству первый губернатор города.
      «Лучше историю свою надо знать, Алан!»
      (В действительности, и революционер одноименный тоже имелся. Пэрдонэ, Алан).
      Город, и впрямь, отличается от увиденных раньше. Не такой старый и обшарканный. Весь чистенький и напомаженный. Будто специально для туристов выстроенный. Диснейленд.
      Отец наш денежный Мистер Боббер посильно оказывал липнущему населению «братскую гуманитарную помощь»: дедушке за позирование, бабушке за то же самое, и ее внучке за «здоров живешь».
      Ни в чем себе не отказывал, маладэсь!


   

   

   

   


Сьенфуегос. «История Оли».
13 498 км пути (1 778 км по Кубе).

      Пока терлись у сувенирной продукции, я небрежно бросил проходящим тетям: «Оля!»
      А, надо заметить, что за прожитое на Острове время я так привык улыбаться и приветствовать прохожих (особенно их прекрасную часть), что недели две еще по приезде по привычке продолжал в том же духе. Отчего приобрел весьма дурную репутацию «человека не от мира сего». Что бы вы понимали, жалкие ничтожные люди!
      Да, тетя так оживилась на приветствие, остановилась поодаль и стала всячески приглашать к продолжению нашего случайного знакомства. Тут настал черед расправившего крыла Падрэ Лео, бросить пару полешек в топку:
      – Иди, иди! Смотри, как она тебя зовет. Не по-детски! Эта Бабушко.
      (Это он за вчерашнюю «Гренадершу»).
      – Нет, Атэсь, вместе ко дну пойдем. А тебя за собой утащу. В пучину страстей. Вишь, у нее подружка есть. Ну, как? То-то!

      Посетили фирменный кубинский бутик: Рон, сигары, даже вино кубинское. Витрины темного дерева, кондиционеры, тишина и порядок. Места для дегустации и курения.
      – Валютное место. Сигарами сейчас затаримся?
      – Нет, в Гаване.
      Вот и последнее звено Кубинских Плеяд – Малекон. Понаблюдали за стайкой маленьких барракуд. И подивились неформальному кубинскому подходу к искусству. Даже авангардному: на конце косы стоит некая сварная конструкция «Ассоль и Альбатрос».
      Падрэ Бобби решил поразить нас знаниями о местной крепости, что охраняет вход в бухту. Но дороги к ней так и не нашли, заблудились где-то в Бирюлево местном, в нетипичных для Кубы пятиэтажках. А дальше – и того больше: пионерлагери «инклюзив» для алеманов. И воинские части, вперемежку с кладбищами.
      Истратил последние килобайты пленки:
      – Все, пацаны! Тема фото раскрыта.
      – И тема Всемхуёвоса – тоже.


   

   


Сьенфуегос. «Алан и Иданья Чумак».
13 520 км пути (1 800 км по Кубе).

      Время катастрофически течет сквозь пальцы. Осталось три дня. Вглубь не успеваем.
      Значит, следующий ближайший пункт Плана – Свинский залив. Марик-то кокодрильского крылышка еще не пробовал. Там же надеялись пополнить копилку впечатлений настоящей морской рыбалкой. (Начитались форумов).
      Наученные, обратились к хозяевам за содействием. Те дали два адреса: в Плайа Ларга и Плайя Хирон. С Хироном созвонились даже. Зовут следующую нашу тетю Виктория, около дома – самолет, как ориентир. Иданья долго пытается объяснить, как лучше и быстрее доехать до места. Разводит руки, затем сводит, налево жест, направо…
      (Алан и Иданья Чумак? Пацаны, воду-кремы-батарейки несите, заряжать будем!)
      Все, объяснение закончено. Бесстрастная видеокамера перемещает кадр и наше внимание на Марика. У того на лице… ничего у него на лице. Чистый лист!
      «Ну-у… в общих чертах, понятно».
      Общий смех. Всем понятно, что ничего не понятно!
      «Ладно, разберемся, адьос».


   


Сьенфуегос. Операция «Обочина», Последняя часть.
13 525 км пути (1 805 км по Кубе).

      Едем по Праде. На выезде из города (мимо проплывают стадионы бейсбольные и лики Че на стенах) пытаемся вспомнить слова хозяев: «Третий поворот налево, через виадук»?
      «Чего мы маемся? Смотрите, какой прекрасный «язык» нынче колосится».
      Действительно, на обочине Прекрасная Селянка. По-английски лопочет, потому что «ай’м cтьюдент тудэй»:
      – Точно, через виадук, налево.
      – А самой куда? В Санта-Клару? Пацаны, поехали в Санта-Клару! Меня там Моя Королева Испанская заждалась! Пацаны, с такой-то попутчицей. Что вы, мяса кокодрильского ни разу не пробовали?.. Мы ведь никому ничего не обещали. В этом глупом Хироне. У нас ведь План – Никаких Планов! Мы же все сможем, если захотим! Ну же, отцы!!! А-а-а!!!!!!!!!!
      Увы, поехали через виадук, налево.

Родас, где-то в полях. «Нет фашизму!»
13 560 км пути (1 840 км по Кубе).

      А понять наших «Чумаков», Алана с Иданьей, стоило. Потому что в районе Родаса, в самом сердце МАНГРОВЫХ болот, дорога показала нам «козу рокерскую» – раздвоилась предательски. Как жало змеиное. И мы, конечно же, заострили бы на этом внимание, если бы не заострили его на другом. И изрядно бы не покусал ранее другой змий – зеленый.
      А случилось следующее: где-то в полях, на перепутье дорог увидели мы плакат. Всем плакатам плакат! «НЕТ ФАШИЗМУ!» Фото, сделанное на ходу не удовлетворило путников. Развернули свою кибитку, чтобы сфотографироваться на фоне.
      Люди, что грузились на обочине в кузов попутного самосвала, наблюдали чудную картину: пронесшаяся мимо алеманская «коча» делает резкий разворот. Рискованный маневр грозит выбросить седоков, но обошлось. Из авто вываливаются «ужаленные» возбужденные алеманы и начинают трепыхаться как паяцы на фоне агитпропа. При этом слышен их визг и хрюканье. (Какая мерзость!) Затем тупо смотрят по сторонам, а в глазах-то ПУСТОТА! В конце действа интуристы ошалело кидаются в машину и уносятся в неизвестном даже им направлении. Конец картины, титры: «Алеманы Ё!!!»
      Да, забыли мы совсем про дорогу с пьяных-то шар:
      – А мы правильно едем?
      – Какая разница? Дорога есть, значит, куда-нибудь да приедем.


   

   


Запата. «Дорога в Облака».
13 620 км пути (1 900 км по Кубе).

      Да, вместо короткой дороги прямо к Хирону опять вылетели на Отописту. Рожи пьяные!
      «Стартовая космическая площадка» как ориентир для поворота налево – уже знакомая дорога в заповедник Запата. И МАНГРОВЫЕ болота!
      «Пацаны, Ной говорил, что здесь классная дискотека. Может, где-то здесь прибьемся? Ну, ладно-ладно. Я просто так. К слову пришлось», – в очередной раз упустил я прекрасную возможность промолчать.
      Гуама. Ферма крокодиловая.
      «Рептилий испробуем завтра, сперва надо решить вопрос с постоем».
      В районе Ларги попытались заселиться в отель-кемпинг. Безуспешно.
      Значит, едем в Хирон, раз договоренность уже была.
      В последних лучах заходящего солнца Марик, тонкая художественная натура, увидел облако в виде образа Команданте. Вылитый. Орем Леопольду:
      – Стой!
      – А? Чё?
      – Не «Чё», а «Че»! Стой, дед глухой! Вот же, старость – не радость.
      Пока остановились, да я успел добежать до ближайшего просвета между пальмами, облако потеряло свою первоначальную героическую форму. Жаль.
      «Салу, Команданте!»


   

   


Плайя Хирон. «Село Уйское и окрестности».
13 680 км пути (1 960 км по Кубе).

      Въезжали, в населенный пункт, как водится, уже в темноте. «Самолетик в качестве ориентира»?.. Только, нет даже намека на «самолетик».
      «Тетя, а нам Викторию надо. Знаете такую, с самолетиком?»
      Собрав вокруг небольшой митинг из нескольких местных жителей, так и не нашли того, кто знает Викторию. Тьфу, у нас же телефон ее есть.
      Приезжает Виктория на велике. Тетка нашего, предпенсионного возраста. Повлеклись за ее велосипедом, фарами освещая путь и ее обширные бедра.
      «Пацаны, смотрите – лавка на дороге. Как там в наших закромах дела с Роном?»
      Вот он, и самолетик этот глупый. Ну, блин, и ориентир! Флюгер, сантиметров 30. Вот бы, мы его в темноте искали… долго!
      У Виктории, кроме мужа Роберто и мамаши-ведьмы, только одна комната на сдачу. Пока Марк вместе с Роберто пошли искать дополнительный «абитасьон», мы пошли в деревню. Т.е. в лавку, пополнить запасы Рона.

      Мои впечатления от этого слабо населенного пункта. Полное ощущение глубокого российского захолустья. Особенно в темноте, когда не видно пальм и специфичных очертаний домов. Глушь!
      Теплый летний вечер в Селе УЙСКОМ. (Ну, правильно: Гирон-Хирон, Керам-Херам).
      Экологически чистое звездное небо (ближайший источник загрязнения в районном центре – местная рыбокоптилка). Собаки вяло побрехивают, сверчки заливаются. Комары большие и глупые, на вредных городских не похожие. Люди на завалинках «семки-семачки» лузгают и обсуждают неспешно, что случилось за день:
       «А Васька-то опять напился и Вальку своёвую за волосы таскал. А коса-то у ей, сама знаш – до жопы. А жопа-то ейная, ого-го… Ага, ну, не я, а Нюрка, говорит, видела, ага…»

      Вот и лавка заветная с роном… уже закрыта. Чего хотели: восемь вечера уже. У нас, в «Уйском». Все давно у «телеков» сидят, мексиканский сериал смотрят. «Богатые алеманы тоже плачут». Или «…платят»?
      – Может, еще где магазин есть? Дискотека? (Про дискотеку я уже совсем тихо и робко).
      – Какого «ху а ю» мы сюда, вообще, приехали? – Бобби строго спрашивает с виновных. А виновных, как всегда – нет. В темноте ночной попрятались. От гнева праведного.
      – Нет: ни дискотеки, ни магазина… ДЫРА!
      – Ладно, отцы, хоть по свежему воздуху прогулялись, аппетит нагуляли. Ходьба, опять же, укрепляет половые органы… ой, простите. (Зря я это опять… про ЭТО).
      – Пошли ужинать лангустов, придурки.

Плайя Хирон. «Вечера на хуторе, близ Диканьки. Ведьма».
13 684 км пути (1 964 км по Кубе).

      В наше отсутствие Падрэ Марк организовал еще пару койко-мест, минутах в пяти от дома Роберто. Договорились следующим толком: ужинаем у Роберто и Виктории, а обедаем завтра у других хозяев, у Рикардо. А спим по разным домам. Чтоб никому из хозяев не обидно было. Всем сестрам по «песам».
      А на обед завтра обещали крокодилятиной угостить. Вот и славно! Трам-пам-пам!
      Распределение коиц особых разногласий не вызвало. Мучо Грандэ Бобрам было лень перетаскивать «манатки». А мы с Мариком в свой черед до смерти испугались «мамаши» Роберто. Не знаю, чья она там мамаша, но Фурия преотменная! Настоящая, фактическая ведьма! Гипертрофированный персонаж анекдотов про тещу. Не женщина, а аргумент! В пользу Тихого Холостяцкого Счастия!
      Хотя, может, я сгущаю краски, падры?

Плайя Хирон. «Кольца лангустов», Вторая Попытка.

      На ужин – лангусты. Кольца. Те самые. Каждому по тарелке огромной, с горой. Это после супа и прочих гастрономических излишеств.
      Нет, коллеги, я, конечно, могу съесть полную сковороду картошки жаренной. Потому что люблю ее, гадину. На маслице, да на постном, с лучком пережаренным, со шкварками. Хотя последние – уже совершенно лишний изыск.
      Картоху – могу! Но не позволяю себе. Старый стал, мудрый. К организму все чаще прислушиваюсь.
      А тут – полная тарелка лангустов. Памаги-итя-а!!!
      – Отцы, я не смогу. Я только одно… «кольцо»… для приличия… из уважения, тык-скыть.
      – Ешь, падла! Эти кольца на Родине басни какие-то стоят. Ешь, сука, неудобно перед хозяевами!
      (А «грымза» старая мимо проходит, улыбается, фашистка «эс-эс-овская!)
      – Пацаны, ну, чё вы. Ну, пожалейте меня. Я же выблюю это, не выходя из-за стола… я же не люблю эти «йодомарины» разные. Вы же знаете.
      – Ешь! Думаешь, нам легко? Мы тоже уже напоролись. Кубинцы не могут себе такой стол позволить, а ты свиньям деликатесы хочешь скормить?
      – Пацаны, давайте, я им сразу отдам. Кубинцам… или свиньям. Пусть едят на здоровье. Что кубинцу хорошо, то алеману смерть! Вы смерти моей хотите?
      Нет, не разжалобил. Максимум – раздал по «кольцу» каждому. У самого еще штуки три-четыре:
      – Передайте маме, что сын ее умер как настоящий герой. Вступив в неравную схватку с врагами. Один на один. И доставьте мои обожравшиеся останки к месту упокоения.
      Выходил я из-за стола, облокотившись на Марика. Тяжело выходил. Закатывая заплывшие йодом глаза. С упреком глядя на Отцов:
      «Что же вы, Падры? Я же у вас один такой… Р-р-рыга…»

Плайя Хирон. «Васюкинцы».

      Немного про новые встречи. Про «мамашу» уже поделился. Виктория больше запомнилась со спины, верхом на велосипеде и в свете фар. Как в анекдоте:
       «Ой, простите, Мариванна. Я вас только со спины узнаю, когда вы «раком» на грядке стоите». 

      Роберто. «О, брат! Да, это же ЖУЛИК!» Рафинированный!
      Все-таки, это грымза старая – его мамаша. Яблоко от яблони. Точнее – фрутобомба от фрутобомбы.
      Ну, и семейка. Сразу мне не понравились. (Еще и лангусты эти).
      Роберто «ин инглиш». Марк с ним про невыполненные пункты Плана.
      – Рыбалка? Организуем, не ссыте, пацаны.
      Через пять минут приводит человека:
      – Это инструктор по дайвингу. Завтра, пацаны, отлично оттопыритесь под водой.
      Немая сцена:
      – Брат О’Марик, ты ему зачем про дайвинг? Нам же на рыбалку!
      – А я ему итак про рыбалку.
      Немая сцена №2:
      – Тогда объясни этому жулику еще раз. Может, он не понял?
      – Да все он понял.
      – Тогда объясни, что мы две недели как на Кубе. И на «кроликов» все меньше походим!
      – РЫ-БАЛ-КА, дядя, «пор фавор»! (А-пель-син!)

Плайя Хирон. «Васюкинцы», Часть вторая.

      Через пять минут «второе пришествие» – явление другого «Васюкинца», рыбака. Тоже «ин инглиш»:
      – Все организую в лучшем виде, пацаны. Такой рыбалки вы еще не видели. Чесслово! Но есть один момент: у меня нет удочки.
      Нас потихоньку начинает бить мелкий «кондрат».
      – Так-ка-ко-го-же-ле-ше-го?! Ты-нам-про-ры-бал-ку?!! Т-трешь?!!!
      – Ладно-ладно, не грейтесь. Будет вам удочка.
      – Пи-пи-и-и, пи-и-и!!!
      – Ладно, достану каждому по удочке. У местного участкового должна парочка быть.
      – ШрдолпэтиРЬГНЛадитдОУЦЮИС!!!ЛИ!!?!!!
      – Все-все, точно! Вот теперь точно – каждому по удочке. Итого: «уно, дос и трэс».
      (Глаза наши наливаются кровью с йодом).
      – …и «куатро удочкос». Видите, как все хорошо разрешилось.
      А мы чувствуем себя трестом, который, того и гляди, сейчас лопнет. От этих наглых жульничьих рож:
      – Бадди Марик. Еще раз скажи этому… «фишерману» кубинскому про катер. Чтоб как с удочками не получилось.
      – Да, все нормально, пацаны, будет. Бот у нас – супер. Всем ботам бот! Как раз, все поместимся. Итого с каждого, за бот и за удочки, по 20 рубликов. Мама, не горюй!

Плайя Хирон. «Перекур и спать!»

      «Все, падры. Перекур, и спать. Подъем в 6-30».
      Вместе с перекуром пытались утрясти внутрижелудочные проблемы: «Грейпом их, грейпом! Клешни, клешни! Обратно их заталкивай! На свет, они лезут на свет!..»
      Одновременно заметили, что даже в этой, Фиделем забытой дыре, с нашим появлением жизнь как-то оживилась.
      «В кассу деньги привезли. Значит, завтра – аванс выдадут».
      Рыбаки с дайверами активизировались. Удочки ищут. Номера на Боте подкрашивают.
      Тетя некая на велике. Раза три мимо проплыла туда и обратно. Очередь за авансом занимает, никак? Знала бы она, как нам все их френдское население наста…доело.
      – А как мы, отцы, себя сегодня круто поставили. А их – на место!
      – Потому, что мы – БАНДА! «Лос Хоерригос»!
      – А завтра – еще и «Гильдия Вольных Рыбаков»!
      – ЙОПТЫТЬ!
      Когда мы с Мариком уже заходили на посадку в наши новые апартаменты, «Лос Бобры» угостились приготовленным Роберто мохито. Говорят, что лучший за поездку. И что Роберто – не такой, уж, и жулик. Жулик, конечно, но не такой. И «мама» его тоже, не такая, уж…
      Рассказывайте мне… сказки перед сном.


19.12.06, Вторник. День Тринадцатый.

Плайя Хирон. «Здравствуй, утро рабочее».
13 685 км пути (1 965 км по Кубе).

       «Ты меня на рассвете разбудишь
      Проводить необутая выйдешь…» 

      6-30, подъем. Кофе по-кубински перед выездом: «Уж, больно он у вас вкусный».
      И к морю. Собираясь в дорогу (до моря минут десять), наконец, увидели простых кубинских работяг, которые в это раннее время плелись на работу. Как зомби. Вот, они, трудящиеся массы, не то что «френды» разные, как буфер нас окружающие, весь наш Путь.
      Почему-то, глядя на простых людей, вспомнились каникулы летние: пионерлагерь, «линейка» и торжественное поднятие отрядного флага. А еще колхоз, картошка – «яростный стройотряд»:
      Сигналы точного времени из «радиоточки», гимн и «Пионерская Зорька». Мы едем, сидя на ведрах в проходе «Икаруса». На свеклу сегодня послали. Из кассетника «Крафтверк» – «Ви а вэ роботс». Кассета «Басф» желтая – это круто! На мне «штормовка» отцовская с рукавами, завернутыми под меня – до локтей. Огурец, помидорка, яйца вареные и колбаса по 2-20, обжаренная. Все на газете разложено. В эфире «В рабочий полдень».
      Защемило…

Плайя Хирон. «Меднокрылая Эос».
13 695 км пути (1 975 км по Кубе).

      «Лишь горизонта коснулась крылом золотистым дева прекрасная Эос…» 

      Такой прекрасный рассвет предвещал нам недюжинные успехи в нашем нелегком рыбацком промысле.
      «Не рыб – человеков ловить будем».
      Роберто поехал с нами, в качестве провожатого и живой охранной сигнализации для нашей «кочи».
      Стоим на берегу, бот поджидаем. Из-за острова на стрежень на простор Карибский «бот» наш выдвигается.
      ОХ-И-ИТЕЛЬНО ВЫДВИГАЕТСЯ!!!
      (Фраза досталась в наследство и на долгую память от майора Кардзая с военной кафедры: «Третий взвод. Ну, вы, выдвигаетесь – ОХ…ИТЕЛЬНО!»)
      А бот – «всем ботам бот». Не подвели эти жулики кубинские с обещаниями, «бот» наш – две лодки-плоскодонки!
      Очередная немая сцена:
      – Ну чё, падры, сразу этим козлам едала чистить будем?
      – Не-а, посмотрим: сколько удочек они с собой привезли.
      Удочки-то привезли. Но бот, как и обещали – «всем ботам БОТ»!!! По-хорошему, надо было за бот вдвое урезать им денежное удовольствие. А то и втрое! Но:
      – Пацаны, у нас есть большой выбор ботов? Какая разница? Рыбачить и с лодок незазорно.
      – Ну, будь по-твоему, Золотая Гуманитарная Рыбка.
      (Олигархи Ё, «Форбс» по вам плачет!)


   

   


Плайя Хирон. «Тихая охота».

      «Все на суда собралися и, севши на лавках у весел,
       Разом могучими веслами вспенили темные воды». 

      Разбились как обычно, парами: «Грибы» в носу «бота», в смысле – на одной лодке, а мы с Мариком – на корме, т.е. – на другой плоской посудине.

      «Верещагин, заводи баркас!» 

      И поплыли. В обстановке повышенной секретности. Позже оказалось, что наших кубинских коллег по этому незамысловатому приключению могли вполне конкретно «нахлобучить» за связь с интуристами.
      «Подпольная рыбалка»? Круто! Стали себя ощущать чуть ли не соратниками Фиделя с «Гранма».
      Ладно, нас к гребле не привлекли, сами управились «фишерманы» эти. Хотя, чего бы нам за свое же сало не «погребсти»?! Могли и «погребсти».
      Наш «грёбец», с которым Марк вчера и договаривался о «боте» и «уно, дос, трес удочкас», болтун отменный оказался. Корни у него какие-то чешские. А я и думаю: откуда в его экспрессивной орфоэпике до боли знакомые фонемы проскальзывают. Великие и могучие.

      Встали лодками над местной Марианской впадиной. Под ногами все песочек белый был и, вдруг – бац! Дыра черная! Метров 70 под килем (если у «плоскодонки» есть киль, и если этот «чех» хотя бы в этот раз сказал правду).
      Встали и затаились в ожидании крупной «фиши». Удилища на стрёме так и трепещут. Тут наш болтун и проговорился: «Вообще, мы сюда уже два дня наведываемся. Глухо».
      (Он еще и глумиться над нами вздумал, в открытую?)
      Выдал каждому по «чучарке» – рыбке-наживке (смешно, звучит как «сучарка»). А сам леску на палец намотал:
      – Это вам, Рыгам, спиннинги нужны, а настоящие рыбари добычу «очком» просекают.
      – Поня-атна-а. (Понятно, что удочки пришлось по всему Уйскому собирать, но так на всех и не хватило).

      Я вам не скажу за всю Одессу, но немного про «самого главного удильщика» обмолвлюсь. Про себя, т.е. Это мой второй выход на водянистого «зверя». За всю жизнь! Первый раз, лет в десять, с дядькой на великах куда-то поперлись. Под дождь попали, залезли в такую грязь, что велики пришлось на себе тащить. А у меня «Салют» чугунный! А когда до места все же добрались, я на ветру лески удочек запутал. Отлично оттопырились! На всю оставшуюся жизнь «приятных» рыбацких воспоминаний! С тех пор рыбак из меня классического типа «Наливай да пей!» И понятно, что все тонкости рыбацкой науки для меня – лес дремучий. Надежда только на «дуракам везет».
      Ловись, «фиша», большая и еще побольше!
      Сидим, вяло болтаем ногами и языками. Рыбачим, короче.
      Моя «сучарка» все время норовит под лодку спрятаться. Я ее забрасываю со всей дури невесть куда, а она возвращается.
      – Ручная?
      – Она в тень лодки лезет, дурень. Закинь так, чтоб она лодку из виду потеряла.
      (Он с кем сейчас разговаривал?)
      – Ты сам – дурень. Откуда я знаю, что она там себе думает и куда смотрит.
      «Чех» видит – перед ним «пассажир мандариновой травы». Полный «пасахерос» сухопутный. Показал, что с это глупой палкой в руке делать: кому бросать, об чём жать и куда дергать. Ухмыляется.
      (Блин, «посмотрел бы ты, товарищ, на себя со стороны»).
      Пока пререкались да «сучарку» от «бота» отгоняли, у него палец клюнул. Да так, что мы поняли – крупняк!
      Боролись за добычу все вместе, в меру способностей. «Чех» подтаскивал зверюгу, Марик выполнял все команды «оперирующего доктора»:
      – Подсачек!
      – Йес, сэр!
      – Дубинку!
      – Йес, сэр!
      – Пино Коладу?
      – Й-йе-ес! Сэ-эр!!!
      А я прыгал по лодке, дико кричал и улюлюкал: от радости и страха одновременно. Я выл белугой и раненной матерью-моржихой (тоже – одновременно), играл на тимпанах и маракасах (за «очо песос»). Призывая на помощь всех морских и сухопутных богов и Отцов с «носа корабля» в свидетели. Т.е. оказывал максимально возможное содействие процессу!
      Зрелище для моей разболтанной неустойчивой психики, конечно, доложу вам: когда «Доктор Рыбатов» палкой по башке во-о-от такую рыбятину дубасил.
      Барракуда-то под метр длиной! Пыздэ-эсь!!!
      Едва улеглись треволнения, как и у меня удочка затрещала.
      Пока я – «А!», мне рыба – «Х… на!»
      Доктор Снастей и Подкормок что-то кричит, расстраивается: так, мол, ее надо было и так! Эдак меня разэдак! «Эсо и разэсо»!
      «А я предупреждал, что с плохим аккумулятором – это не жизнь» – оправдываюсь.
      А сам прямо вижу, как Затевахин с Сабанеевым, стоя на берегу и глядя на мой позор, просто рыдают со смеху. И Роберто им подначивает.
      «Скажут какую-нибудь глупость и ржут, как дураки».

Плайя Хирон. «Шаланды, полные КЕФАЛИ».

      …и тишина…
      «Чех» говорит, что стая мимо прошла. Лишь хвостом случайно задела.
      «Сидеть больше – понту нет. Солнце высоко, ветер усиливается. Еще полчаса и не подгребем к берегу».

      Сдали обратно, под роспись, инвентарь, включая «чучарок». Смотрим, а в садке их всего четыре было. Ах ты, прядь волосатая! Он и не собирался нас долго на лодочке укатывать.
      Бобрам «на носу бота» повезло и того меньше: их «грёбарь», вообще, все время промолчал, как морской воды в рот набрал (у рыб научился?). Ничего им не показал и не рассказал. Да и надобности не было. Полный «сэро».
      На «красное» надо было ставить, на «крас-но-е»! «А-пель-син!!!»
      Падры всю «рыбалку» с грустью смотрели в сторону нашей «кормы», где происходили хоть какие-то движения. И где мы не на шутку сцепились с обитателями морских глубин.
      Смотрели с грустью и укоризной. Смотрели взглядом Стива Мартина, когда тот полз топиться в «Отпетых мошенниках».
      Даже с расстояния 100 метров мы видели большие печальные глаза Кота Леопольда (как у Шрековского Амиго), как бы говорящие: «Ага, вам-то хорошо…»
      Короче, остались Отцы «с носом» в «носу корабля».
      Одна радость осталась: выбраться на берег и запечатлеться на фоне Карибов с огромной барракудской рыбятиной в руках. Немного уставшими, но довольными. Делая вид, что это и не подвиг вовсе никакой, а проза нашей героической кубинской жизни: каждый день на подвиги – как на работу! За такими вот, БАРРАКУДАМИ!!! 

      «Ты сними-сними меня, фотограф»… чтоб все биндюжники привстали! 

      Как вы думаете, судя по ходу этой рыбацкой байки, какой поворот событий нас ждал?

Плайя Хирон. «Шаланды, полные ЖУЛИКОВ».

      А вот какой! Рыбари-подпольщики спешно высадили нас с бота «Искра» на берег. Взяли из «кассы Братской Взаимопомощи» свой заработок полугодовой (буквально, выхватили из рук) и давай грести от нас, что есть мочи. А мочи у них, доложу, как у алемана махорки кубинской.
      Вместе с НАШЕЙ БАРРАКУДОЙ! Пусть, и не нами добытой. Мигель тоже ведь всю рыбу сам поймал. Но отдал нам. Потому что – мужик! Потому что «понятия» имеет! Потому что, и так, нормально заработал на нас. И нам дал порадоваться.
      САЛУ, МИГЕЛЬ!
      Хорошо еще, что видео в этот момент оказалось под рукой. Оттуда и фото НАШЕЙ (!!!) «фиши».
      Что и говорить: подпортили нам настроение наши кубинские товарищи.

      Но позже, здраво рассудя, сошлись на том, что: само то, что где-то за «трэс фрутобомбас» мы съездили на РЫБАЛКУ! Да еще на Карибах, да еще на БАРРАКУДУ! Уже стоит многого! Это же ПРИКЛЮЧЕНИЕ! Это же настоящее ОТТОПЫРИВАНИЕ!!!
      И без бота, и без большого улова: удовольствие 100 баллов.
      А мы еще топорщимся как морские ежи. А ведь это и есть – НАСТОЯЩАЯ РЫБАЛКА, а не «замануха» для алеманов, где вам специально обученные люди под водой рыб на крючки насаживают. А наши рыбо-вожатые, сами того не подозревая, нам ее устроили. Нашу настоящую КУБИНСКУЮ РЫБАЛКУ!
      А что, пацаны? Отлично ОТТОПЫРИЛИСЬ!


   


Плайя Хирон. «Джентльмены Удачи, Финал».

      А на берегу поджидало очередное Приключение. Этот Роберто («редиска» – нехороший человек) решил к приходу развернуть машину. И завяз в песке! Охранничек!
      А дел на сегодня – вагон. А время поджимает. А этот Роберто Рождественский…
      Настал черед «аргонавтов» послужить своей «Вещей Каурке».
      Потратили, утекающее сквозь пальцы, драгоценное время на устранение последствий катаклизма – полчаса выкорябывали нашу «кочу» из убийственных лапищ зыбучих Карибских песков. Даже вшестером: некий дедушко, совершенно случайно прохожий мимо, присоединился к процессу.
      Роберто извинился, но как-то невнятно. Мы с Мариком возмущаемся:
      – Что это еще за «пэрдонэ» такое. За этот «песочный» залет, воин, ты нам по сигаре должен! Большой и вкусной.
      И точно. Роберто говорит:
      – Я видел у вас в машине один прекрасный журнальчик глянцевый про машины. Я вижу, он вам не сильно нужен, раз на полу валяется. Уж, больно он мне понравился. Давайте: вы мне этот ненужный глупый журнал, а я вам четыре совершенно прекрасные и нужные сигары.
      Жулик! Что с него взять? Тяжелое наследие переходного периода в крайней форме. Отдали этому прощелыге журнал в обмен на какие-то прокисшие сигары «Тринидад».
      (Две до сих пор дома валяются, хумидор по ним плачет!)

Плайя Хирон. «Сифуд спешалист».
13 705 км пути (1 985 км по Кубе).

      План дня: обед, осмотр «бэст кораллс, бэст фиш, но шаркс» в Плайя Ларга, у известного уже нам кафе «Бригантина», и возвращение к истокам – в Лябану. Желательно – засветло.
      «Все, падры, Путешествие на излете».
      Крокодилятины, правда, обещанной нам не досталось, на что уже не удивляемся. Ну, закончились на нас все кокодрильцы – и ладно! Можно было обидеться и пообедать зубатыми в «Бригантине». Но Риккардо, у которого мы с Мариком ночевали, пообещал взамен отличный «сифуд» на обед. Поверили авансом, и не пожалели!
      Роберто… ой, Рикардо, то есть. Ну и имена у них: Роберто, Рикардо, Мохито… «Абырвалг» какой-то полный!
      Так вот, РИ-КАР-ДО (а-пель-син!) – шеф-повар в каком-то алеманском рассаднике недалеко от Ларги, причем, специалист именно по морепродуктам.
      Коллеги! Мы пальцы по локти сгрызли, только облизывая! На блюде – осьминожка или еще какая звезда, а под ней мясо зверя и вовсе невиданного.
      – Это моллюск, – Рикардо раковину показал – отсюда.
      (Так вот, ты какой, Северный Олень?)
      – А что, в раковинах разве не раки живут? Тогда где же они, бедные, зимуют? А моллюски разве могут быть такими большими? Блин, век живи – так дураком в могилу и ляжешь. Отменный свиной стейк из этих моллюсков вышел бы, вот, что я вам скажу, Падры!
      Но больше мне понравилась минога в исполнении нашего шеф-повара. Это вам не медузы-горгоны в псевдо-китайском ресторане. «Натюр» продукт!
      И Рикардо подначивает: «Эти головоногие – отличный афродизиак. Вам вскорости понадобится. В Лябане!» – и жест знакомый, стоический – «по локоть».
      Свой чувак!
      Также «сифуд-спешалист» поведал, что когда-то был в молодежной сборной Кубы по плаванию. Даже в Ленинграде раз был на соревнованиях. Но русский напрочь не помнит.
      (Мы, хоть одного, русскоговорящего встретим? Даже интересно становится.)
      Непродолжительная сиеста в компании местных дворовых ящерок с хвостами как у Шарика. Рон, «сэрбэса», «ля покурить», и – по машинам!


   

   

   


Плайя Ларга. «Мечта идиота», Часть следующая.
13 725 км пути (2 005 км по Кубе).

      Прибыв на пляж, не мешкая бросились постигать тайны морских глубин. Красотища! Ровное морское дно, белый песочек и островки кораллов. Полная цветовая гамма рыбок, в «капусте» морской пасется.
      Хорошо, что комплектов спецоборудования только на двух участников заплыва. Таким образом, другой «сладкой парочке» приходилось выгонять из воды первую партию. В противном случае из воды не вылезли бы до самого вечера: просто некому было бы выгнать!
      А Лябана уже заждалась! Пэсонька наша чумазая.
      Пока остальные резвились да бултыхались в теплых водах Карибского бассейна, Марику все же удалось воплотить свою Мечту Идиота. Он, как честная Маша, целых пять минут (!) «вялился» на предоставленном нам за «куки» лежаке. Под предоставленным нам за «куки» навесе. И под предоставленным нам за «куки» Карибским солнцем.
      А мы вовсю убеждались, что Свинский залив – это «бэст фиш, бэст кораллс, но шаркс». Так залюбовались текущей в прибрежных водах жизнью и происходящими на малых глубинах событиями, что времени на жаркое из рептилий уже не осталось. (Спасибо тебе, Роберто!)
      В результате, Марко-ронник наш так и остался в счастливом неведении относительно экзотического вкуса этих хвостатых «будущих изделий из крокодиловой кожи».
      Странно, но больше за товарища расстроился я, чем сам Марк.


   

   

   


Плайя Ларга – Отописта. «Битва за руль».
13 745 км пути (2 025 км по Кубе).

      Резюмирую проведенное в Заливе время: от души поимели здоровый активный отдых на свежем воздухе с нехитрыми водными процедурами. Все это, в совокупности со здоровой едой, обильно спрыснутой благородным целебным зельем 7-летней выдержки оказали свое расслабляющее действие на всех членов экипажа нашей «Барракуды-Гну». И на все их члены.
      Мы приготовились к полету в царство сладких ромовых грез. Т.е. – ко сну.
      Только Падрэ Лео, со свойственной лишь ему… прямолинейностью, что ли, рьяно рвался в бой, напрашиваясь за баранку нашей колымаги:
      – Марк, как устанешь, скажи. Я тебя подменю.
      – Я уже устал.
      – Нет. Ты как УСТАНЕШЬ, так я сразу…
      – Бдинть! Я же говорю: УСТАЛ!
      – Нет, ты поведи пока, а как УСТАНЕШЬ…
      ……………………
      – Ну, артист! Ну, Грибов! Отец, эдак ты, блин, любую «мучачу» уломаешь.
      – А ты будешь ржать как Рыга, – это Лео уже мне – сам за руль сядешь! Падры, надо бы этого Рыгу тоже привлечь к ветрилам. Зря что ли «Запаска»?
      – Ладно, ладно. Уговорил: доживу до твоих лет… а то улечу.

Отописта. «Рулевой обоза – Егор Демидов».
13 765 км пути (2 045 км по Кубе).

      Все-таки не смог Марик устоять под натиском и уступил водительское кресло «Эль Настойчивому» Лео. Правда, уже далеко на Отописте. «Сразу, как УСТАЛ».
      Сквозь навалившуюся дрему я успел удивиться не напускному героизму вызвавшегося Леопольда. Ведь он, наверно, тоже сейчас покемарил бы вместе со всеми. Пили-то вместе! И тело его, вместе в другими неоднократно погруженное в Рон, вытесняет такое же количества сна наружу. А он все едет, наш Падрэарх, вцепившись в рычаг до хруста в суставах, чтобы иметь хоть какую точку опоры. Чтобы не перевернуть весь этот мир на колесах, и не свалиться в педали. Эврика, Отец, в смысле – УВАЖАЮ!!!
      Лео потом признался, что эта часть Путешествия далась ему с особым трудом. И только нечеловеческим усилиям воли и характеру нашего стоического Рулевого мы обязаны, пожалуй, своими жизнями.
      Мучо грасьяс, Атэсь! И Салу!

Отописта. «Сон разума».
13 845 км пути (2 125 км по Кубе).

      Около ста километров Пути, мы представляли из себя совершенно гомогенную студенистую субстанцию. И Лео за штурвалом, в том числе. «Пёфект стрэнджерс»!
      Но Рон не бесконечен. И сон – тоже.
      Как я доберусь до монтажного стола, обязательно наложу на эту картинку «озвучку»:
      – Бон джорно, сеньор Панталоне. (Первый персонаж голову во сне запрокидывает).
      – Бон джорно, бамбини. (Это другой ему во сне головой покачивает).
      Мои опыты со скрытой камерой не прошли мимо мутного похмельного взора очнувшегося от летаргии Маркуса:
      – Рон будешь? Из горла?
      – Спрашиваешь!
      Будим нашего Шри Боббу Лотосостопного (стопы на «торпеде» аккуратно сложены):
      – Эль накатишь?
      На что «Шри Бха-Боббан увача…» (в смысле – «Верховная божественная личность сказал»):
      – ОМ! т.е. – СИ!
      – Харе! Харе! Рома! Рома!
      И мы стали пить Рон. ПРЯМО ИЗ ГОРЛА! Запрокинув головы, как пианисты.
      Тут уж, и у нашего «Железного Дровосека» Лео нервы не выдержали: «Я тут, понимаешь (голосом Борисниколаича), превозмогая, везу этих Рыг. На бровях! А они еще без меня «эль накатить» собрались! Идите уже, кто-нибудь, за руль! «Запаска»! Загогулина, понимаешь!»
      Пришлось сделать «ля остановку» посреди бескрайних кубинских просторов на культ-поход в тростниковые «кустики». Ну и, конечно, для «ЭЛЬ НАКАТИТЬ»!
      «Куатро» измученных Нарзаном Лос Хоерригос в поисках сюжета для Новых Песен!
      Отцы, согласитесь, что это прекрасное ускользающее мгновение было, пожалуй, последним, но знаковым Пиком нашего сложного эмоционального ландшафта.
      Пиком, с которого мы могли уже обозревать пройденный по этим тростниковым полям Путь. Путь, озаренный лучами прекрасного заходящего Кубинского солнца. Наш, Кубинский Путь! Салу, пацаны!


   

   


Отописта. «Купи кирпич».
13 865 км пути (2 145 км по Кубе).

      Едва пробудившись, стали рассматривать картинку за окном: шоссе, тростники, пальмы и «автостоп» на всем протяжении. Кубиносы кидаются под колеса с какими-то брикетами.
      «Матросовы, туды вашу в амбразуру!»
      Точно как у нас в лихие времена стихийного развития диких рыночных отношений – «Дядя, купи кирпич!»
      Спросонья долго не могли «врубиться». Версии о содержимом геометрически правильных прямоугольных свертков выдвигались одна другой нелепей. Даже пломбир присутствовал в обсуждении. Все варианты были озвучены кроме самого простого и, главное, единственного – «ГУД СИГАРС»! Те самые! Во, мы ряшки-то свои «нарубили», пацаны!
      Всеобщий подъем (в смысле, пробуждение) и существенное повышение содержания Рона в нашем алкоголе дало повод для очередного веселого расколбаса.
      То Марк Шейдер собрал со всех очки и напялил их на свой светящийся лысиной лоб. И так торчал из окна, распугивая «мучач» на обочине: «Ола-а-а!!!» То мы хором орали машущим нам автостоповцам: «Амии-и-го!!!» И тоже неистово махали им сомбрерами  вслед!
      Интересно, что кубинцы про нас в этот момент думали? Хотя, приблизительно, известно. Но нам на них в этот момент было сугубо «параллельно». Ин-диф-фе-рент-но!
      С рубки поступила команда Эль Командора Боббы: «Пленных не брать. Всех попутчиков, по боку. То есть – за борт. В набежа-а-авшую волну-у-у».
      «Отец, сыграй «Матчиш»! В Лябану с чистой совестью, и налегке!
      Эх, Русь-тройка!
       Вы хотели, чтобы мы были алеманами? Мы ими будем! Только и про вас, кубиносов, мы тоже много уже чего узнали. Ой, держитесь!»

Гавана. «История ГАЗОЛИНА».
13 915 км пути (2 195 км по Кубе).

      Заезжаем в Лябану. А Приключения, как водится, на пол корпуса впереди нас.
      Уже в черте города, проезжая промзону, остановились на дозаправку. Вместо привычных октановых чисел на колонках надписи «регуляр», «эконом»… Логика подсказывает, что надо искать нечто – «люкс». Нашему «Железному Коню» только отборный овес!
      Видя наши рыщущие взгляды добродушный толстячок в униформе «Симекс» предлагает следовать за ним. Колонка без опознавательных знаков, но человек же знает – специально приставлен.
      Стоим, наблюдаем за процессом насыщения. И тут я обращаю внимание Отцов:
      – Падры, чего это у них 92-ой такой дешевый? 76 центов всего. Обычно 94. Пацаны, нас, значит, и тут всю дорогу разводили? Эй, человек. А чего, «газолин», что ль, подешевел?
      Тут «Мишка Гамми» хватается за голову. Через мгновение, и мы. Мысленно пропустив в голове первую пространную часть нашего эмоционального комментария, мы тихо выдохнули:
      – Выключай.
      Литров тридцать соляры (!!!) уже плещется в брюхе нашего всеядного обормота. А уже смеркается. Стало быть, засветло в город как-нибудь в другой раз заедем. Еще раз выдохнули и пошли с засранцами разбираться.
      Ну, дальше ясно: «Мишке» говорим, чтоб главного звал, а сами машину в сторону оттаскиваем, чтобы мазуту сбросить низом, для чего одного из обслуги под машину запинываем. А Марик в «Рентакар» звонит, «ситуёвину» расписывает. Короче, видя наши спокойные, трезвые (!) и слаженные действия, местный контингент понял: «Эти недели две уже на Острове. Не развести».
      Конечно, была робкая попытка:
      – За соляру-то заплатите? 30 литров.
      – Щ-Щ-ЩА-АЗ-З!!!
      Я настаивал, чтобы и «газолину» они нам тоже бесплатно залили, полный бак. За моральный ущерб. А, может быть, и физический: как еще к их крутому замесу наша «коча» отнесется. А вслед за ней и работники «Рентакара».
      Падры были куда добрей:
      – Мы и так наказали этого недотепу на полторы зарплаты. Побойся Бога.
      – «Гуманитарии братские», йопт!
      Правда, «газолина-люкс» на этой прекрасной станции не было в принципе. Пришлось довольствоваться «регуляром». Машину нашу все оставшееся время пучило и корчило от нездоровой пищи. Она ругалась, пукала, рыгала и дергалась как параноик. Но ехать отказывалась. Так, по-лягушачьи, и припрыгали в центр столицы.

Гавана. «Дороги, которые мы выбираем», Следующая Часть.
13 925 км пути (2 205 км по Кубе).

      И тут, на каждом углу нам знаки: в порту стоит огромная посудина под названием «Дойчланд». «Алемания», значит! (Это на что это они, суки, опять намекают?)
      – А вот и Малекон, пацаны. Мы на месте. Добрались почти без проблем.
      Подъезжая к Максимо Гомесу, и видя перед собой очередную судьбоносную развилку, Падре Боббо обращается в тину болотную салона:
      – Куда ехать-то?
      – …
      – Ехать куда?! Рыги!
      – …
      Въезжаем в тоннель. Малекон с Гомесом остались за спиной.
      – Отец, мы, кажется, опять на Варадеро поехали через тоннель…
      – Уроды! Где вы минуту назад были?!!
      Но хоть смейся, хоть кричи, а назад дороги нет. Нет РАЗВОРОТА!
      Так, в сторону Варадеро еще километров… много проехали, до первой развязки. Пока ехали, уже серьезно стали подумывать доехать до «Сол Палмерас», поужинать. «Наручники»-то по-прежнему при нас. А потом на дискотеку. А там видно будет. Ночи-то теплые. Можно и под открытым небом, совсем уж в крайнем случае.
      А в Лябану при свете дня въедем, как и планировали.
      Ну, вот она, развилка.
      Очередной урок географии. И «учиха» опять по журналу указкой ведет:
      – Синичкин?..
      – …
      – Садись – два!
      – Баддабумов? Маркополов? Хоть кто-нибудь тему выучил?!! Останетесь на второй год, БЕСТОЛОЧИ! КОЛЫШНИКИ!!!
      Съезжаем с виадука, направление… ОПЯТЬ НА ВАРАДЕРО!!! Уже не смешно. Нервы у всех на пределе. Но ответственности по-прежнему никто за этот теракт не берет. Проехали еще один «круг почета» почетных дебилов и колышников. Вторая и последняя попытка была более удачной…


   


Гавана – Вьеха. В поисках касы, «Картинки с Выставки».
13 965 км пути (2 245 км по Кубе).

      Решили бросить кости не в алеманской Ведаде, а ближе к сердцу, во Вьехе. Часа полтора обходили местные «хазы». Отстой полный! Видел бы Хесус эти гадюжники. И везде по одной кровати. А нас это уже порядком задолбало. Походность эта.
      Время идет, а мы еще на улице, не пристроенные. От дешевых разводов уже тошнит. Мы заранее, чтобы лишний раз в очередную срань господню не заходить, по буквам проговариваем:
      – НАМ ДВЕ КОМНАТЫ, ПО ДВЕ РАЗДЕЛЬНЫЕ КРОВАТИ В КАЖДОЙ! – и указательные пальцы врозь разводим для пущей наглядности.
      – Конечно, конечно. Понятно. Нечто, я не понимаю – пальцы раздельные.
      Приводят. Опять полутороспалки:
      – Слушай, ты идиот, что ли? Мы ТАК ВОТ пальцами кому показывали?
      Бесполезно. У них с нами разные задачи. Вот и все! После очередного беспонтового клоповника говорим прибившемуся Электронику: «Придется тебе сегодня других «кроликов» поискать. С нас ни рубля не получишь! ЗАЕ[…]ЛО!!!»

      Пока Маркус на балконе беседы вел о смысле жизни с очередным разводящим, я рассматривал свадебное фото хозяина. Невеста – неземной красоты. Что-то восточное в облике, ближневосточное. На ум пришел старикашка Омар Х.М.: 

      «Я любуюсь еще не расцветшим бутоном,
      Что пленил мое сердце невинной красой».

      Хозяйки этого прекрасного образа дома не было, но позже мне еще представится возможность воочию убедиться в ее красоте.

      Разговариваем на улице со следующим представителем Профсоюза Кролиководов. Мимо проходит парочка. Парень продолжает движение до угла, а деву-«чика» останавливается, чтобы у нас прикурить. Зажигалка низко и ей приходится изогнуть по-кошачьи свое молодое упругое тело. Так, что ядреная грудь из маечки рвется наружу, ломая все преграды на своем пути.
      «Так, всем стоять! Мы еще с жильем не определились, чтобы к следующему пункту перескакивать!»
      «Чика» медленно и демонстративно продефилировала как по подиуму от нас до френда-бойфренда. Показав, на что способно ее молодое тело даже при простой ходьбе. 

      «Давай, Красотка. Работаем-работаем бедрами!
      Pretty woman walking down to street». 

      На углу остановилась в ожидании нашей реакции, как бы говоря: «А ведь я не только ходить так умею». И реакция не замедлила. Чтобы остановить бесчинства, пришлось доставать наградной маузер: «Всем стоять, я сказал!»

      Следующая «хаза». Отовсюду несет человеческими экскрементами.
      «Отличное местечко! Ну что, Падры, здесь останавливаемся? Гы-гы-гы!»
      Но на улице тоже запахло. И в машине!..
      – Бля, иди отсюда, придурок! Ты где успел в говно вступить?
      Вот же я дал: вступил где-то на улице по полной программе. Вступил, блин, в партию засранцев беспорточных.
      – Пацаны, я же не виноват, что у них не только в захолустных городишках, но и в столице, в центре города, ссут и срут. Прямо на улицах. Я же не думал, что это их национальная идея. И спорт популярней бейсбола: «Насри, где живешь», называется.

Гавана – Вьеха. «Вечерний вьюнок».
13 967 км пути (2 247 км по Кубе).

      В очередной подворотне, на пересечении Индустриальной и 3-й улицы Строителей, нам попадается отель «Линкольн» бюджетной системы «Ислазуль». Полторы звезды. Места есть. 45 рублей за двухместный номер. И сэндвич на завтрак включен – «сэндвич-инклюзив». Три минуты до Арбата, семь – до Капитолия, пять – до Малекона и три – до Прады. 

      «Первый и последний не предлагать. Рядом с метро. ЦЕНТР»!

      «Парни, да это же дешевле получается, чем каса. И условия: койки раз-дель-ные (указательные пальцы врозь)! Уже хочется вновь ощутить благ цивилизации – говно отмыть с сандалеты».
      За стойкой девушка совершенно удивительной внешности: тайско-вьетконговской. При этом смуглая. Никогда такой прекрасной смеси не встречал. Катарсис!
      Я едва открываю рот, чтобы попытаться вербально передать нахлынувшую любовь, достойную восточного Поэта. А Марк осекает: «И это вы мне говорите, коллега?..»
      Не хотелось подниматься в номер. Я почувствовал в себе, неизвестно откуда взявшиеся, вдруг, силы простоять около стойки до конца ее смены. И вкушать ее глазами. Баграми, снятыми с пожарного щита, Отцы оттащили нас с Мариком (и ты, Брут?) от «ресепшена».

      «Вечерним вьюнком
      Я в плен захвачен… Недвижно
      Стою в забытьи»

Отель «Линкольн». «Рыцарь В Сияющих Доспехах».

      Заведенный по умолчанию порядок заселения (Грибы vs «Шило в…») был немного нарушен – паспорта перепутали. В результате, мы с Марком пропорционально разбавили старческий маразм Отцов.
      «Бадди и Егор – 317-й номер».
      Я к своему «Бадди» уже немного привык, да и другие персонажи к своим прозвищам из уст кубинцев тоже. Но транскрипцию «Егор» слышали впервые. Смешно, что можно при желании соорудить из его имени.
      Гул затих и вышел на подмостки, в свет софитов из кромешной тьмы еще один, Последний из Участников Парада. Последний Персонаж Бессмертной Саги предстал пред нами во всей своей блистающей красе! Сверкая на солнце своими золотыми латами – Воин в Сияющих Доспехах!
      «ЕГОР! Имя тебе нарекаем, Сэр Рыцарь!»

Арбат. «Новая стратегия».

      Завершив процесс сакрального омовения сандалий и остальных частей тела, перешли к следующему привычному пункту – «три плюс фиксаж». И менее привычному уже за эти две недели – фоновому просмотру телепередач. (А кто-то еще глумился надо мной за мои симпатии к Мистеру Бину)
      С трудом отмыв сандалии от продуктов человеческой жизнедеятельности, трижды «отдохнув» с дороги и хорошенько «закрепив» полученные результаты, выдвинулись навстречу Ночи и ужину. Во рту с Гирона – ни росинки.
      Не преминули еще раз подойти к нашей прекрасной «Вьетнамке» за стойкой: «А где у вас тут можно пое… поесть?»
      Начали, логично, с Арбата. Марк-то тут еще не был, хотя наслушался от нас всякого. Поставили галочку в списке почетных гостей этого злачного в столь поздний час места. На Арбате все те же: френды и «чики». Нас тут же облепили.
      «Один-два крупных, три-четыре мелких».

      А мы получили прекрасную возможность испробовать на практике Новую Стратегию общения с данным назойливым контингентом, памятуя, что «но, грасьяс» слабо работает:
      - Мы их игнорировали, умножая на ноль (делить-то на ноль нельзя!)
      - Мы сердечно просили их «пойти нах», либо вежливо – «вж». На их выбор.
      - Мы выдвигали обоснованные требования разговаривать с нами, исключительно, на родном нам наречии: «Ррускиучисука!»
      - Также же я попробовал крайне радикальный метод: вести себя также навязчиво и нахально. Зеркально!
      Случай не замедлил: приставший патлатый френд, вылитый Джимми Хендрикс, получил плотный отпор. Я, обняв его за плечи, стал грузить не по-детски (естественно, по-русски):
      – Слушай, Джимми-бой. Чё ты трешь тут фигню всякую? Херней занимаешься. Поехали лучше с нами в Сиберию. У нас, знаешь, как классно сейчас: холодно, снег, сугробы! «СИБЕРИЯ – ФРИО!!!» Валенки тебе с ушанкой дадим, на лыжах кататься научим, на коньках! Ты, поди, и не знаешь даже, как они выглядят? Коньки. Лишенец!
      – «Чикас»?.. «Сигарс»?.. – это «Джимми» ответствует на мое предложение, но уже очень робко и с сомнением (может, он чего не так сделал, думает?)
      – Я же говорю, фигня – твои «чики»! Да и сигары не лучше – кислые! Ты махорки нашей не пробовал? Эх, амиго: так вставит – мама, не горюй!
      На рыбалку свозим тебя, на зимнюю. Будет клёво (или не будет – на то она и рыбалка)! Из лунки поудишь. Это такая дырка во льду сверлится. До воды по-другому никак! Может, повезет и поймаешь «чучерку» маленькую. Большие у нас не водятся, извини.
      Бабу тебе нашу подгоним. Кровь с молоком! Она тебе ТАК промеж глаз кулаком заедет, что кувалдой. Про свои «фоки-фоки» глупые забудешь напрочь.
      Тут, конечно, поосторожней тебе надо. Ежели чего не по её будет, или домой «на рогах» придешь. На ходу остановит!
      Да, кстати, водку пить научим…
      «Джимми» на вираже кое-как успел вписаться в ближайшую подворотню. Другие «попутчики» на время тоже растворились.
      Способ, несомненно, эффективный, но, как оказалось, очень напряжный. Говорить с таким напором и в таком темпе я не привык. Во рту все пересохло.
      – Пойдемте, пацаны, смочим. Да и «камиды» не мешало бы.

Арбат и окрестности перед сном. «Городская сумасшедшая».
13 969 км пути (2 249 км по Кубе).

      Около Мюзик Холла, прорвавшись сквозь заградительные кордоны чик и френдов, зашли в местный фаст-фуд. Курицы поесть с «сэрбэсой». Решили, что перед сном. Уж, больно день сегодняшний затянулся.
      Оживление за столиками с девицами уже не вызывает в нас ответной реакции. Ну, чики. Ну, красивые. Ну, черные. Но, ЗАЕ[…]ЛИ уже!
      Мы уже две недели тут. И такого добра уже богато бачили.
      Среди ходульных кукольных персонажей френдов и прочего буферного сопровождения, как луч света – прикольная сцена за соседним столиком. С участием рядовых кубинцев (на нас им наплевать). Эти заказали что-то символическое, бутерброд типа, а сами под столом Рон белый разливают втихую.
      Как это близко и знакомо. Повеяло чем-то далеким, студенческим.
      На выходе пристала к нам «городская сумасшедшая»: высушенная замумифицированная тетя неопределенного возраста. «Маленькая собачка – до старости щенок». Терлась вокруг до самого Арбата. Показывала какую-то коробку из-под молочной смеси. Думаю, приводила вполне разумные доводы в пользу оказания посильной гуманитарной помощи. После небольших финансовых вливаний она, увы, не успокоилась. Пришлось применить 100-процентно гарантированный и результативный «ИДИНАХ!!!»

Арбат. «Концерт по заявкам».
13 970 км пути (2 250 км по Кубе).

      Время – два ночи.
      Последняя прогулка по Арбату в качестве моциона перед сном. Около нас останавливается парочка «разводных» музыкантов с гитарами. В надежде легкой добычи. Типа, послушайте, как мы вам сейчас «Тыры-пыры» сыграем. Поди, не знаете такой чудной песенки?
      Я, как от назойливых мух, совершенно устало отмахиваюсь:
      – Бля, пацаны, достали вы, честно, со своей «Пырой». Хрен ли вы нам нового можете показать? А играть на гитаре мы и без Вас отлично умеем.
      Эти, как будто «руччо» понимают:
      – Держите, – и гитару протягивают.
      – Ага, вот вам, Падры, и концерт! О котором так долго твердили большевики!
      Короче, присел я на корточки для удобства, чтоб поразить немногочисленных присутствующих волшебными звуками струнно-бренчащего инструмента. А пара – «Гусь да Гагара», показывают в сторону ближайшей кафешки: «Там удобней».
      Переместились мы за столики, что прямо на Арбате. «Камарерки» молодые проснулись (а немолодые продолжали кимарить за столиками). Заказали всем по Мохите. И двум веселым Гусям тоже. И начали «Музыкальный Ринг».
      Сначала мы пару песенок, затем они. И так далее. Взаимно помогая друг другу на подпевках и с музыкально-шумовым сопровождением.
      Хор пьяных индейцев!
      Все как положено: центр, фронты с тылами. Для полноценного Долби 5.1 «саба», разве что, не хватало: оставили на Родине мы нашего «сабвуфера» – Брата Алехандро Беловежского с его басовитостью.
      Конечно, зажигательные латиноамериканские ритмы более сочны и ярки. Спору нет. Но сказать, что мы проиграли, не могу. Пусть и в мелодике, и в ритмике наши напевы уступают. Пусть и выбор случайных прохожих, что были привлечены действом, был в пользу профессионалов. Но сам факт, что мы в центре Лябаны, прямо на Арбате, ночью устроили импровизированный концерт, не побоявшись померяться силами с кубинцами, у которых эта музыка в крови.
      Давайте признаемся честно, без этой глупой ложной скромности:
      ПАЦАНЫ! МЫ – БА-АЛЬШИЕ МАЛАЦЦЫ!
      Собрали вокруг себя небольшую толпу прохожих зевак. Это в три-то ночи! Настоящий концерт! С рукоплесканиями и криками «Браво»! Закончился концерт безвариантно – «Тырой-пырой». Сердечно распрощались с нашими новыми знакомыми: «Будете у нас на Колыме…»
      Денег им так и не заплатив. (Вот, можем ведь!)
      Но, рассчитываясь за напитки, поняли, что счет опять в пользу «кубиносов»: Мохито – 4 рубля!!! (а то и 4,5?!!) А в продолжении всего концерта жажда всеми овладела необычайная, особенно нашими Гусями-Лапотниками. И выпили мы этого самого глупого Мохито, на круг, на какую-то баснословную сумму. Пыздэсь, алеманы!

«Линкольн». «Рашн водка».
13 971 км пути (2 251 км по Кубе).

      Попадет же шлея под хвост! Братцам Кроликам! Вместо приличествующего уже времени и обстановке отбоя завернули в бар, уже в отеле:
      – По коктейлю перед сном. Чтоб не грубить!
      – О, смотрите, Падросы – коктейль с водкой! Попробуем?
      – Нам «эсто» – с водкой. «Куатро».
      Бармен долго молча и пристально смотрит на нас. Ну, и Рыги, наверно, думает.
      – Я, конечно, сделаю вам коктейль С ВОДКОЙ. Если вы так настаиваете…
      – А ЧО?
      – Ну-у, может, все-таки, по Мохитке?..
      – Ты Высоцкого знаешь? «Уж, ежели я чего решил, то выпью обязательно!»
      – Ладно, хрен с вами, Братцы Кролики…
      Берет он с полки изрядно запыленную бутыль с водкой, а там осадок… как в старинных новогодних игрушках. Знаете, такие были – деревня заснеженная, и вьюга кружит.
      «Джингл бэллс, джингл бэллс…»

      – Его… это… не часто, короче, его заказывают…
      – Да мы, уж, поняли.
      Коктейль как коктейль, ничего особенного. Но галочку в сознании поставили.



20.12.06, Среда. День Четырнадцатый.

«Линкольн». «О, Чудо!!!»

      ПОСЛЕДНИЙ наш совместный день пребывания на Острове ознаменовался с утра «сэндвичем-инклюзив». На самой крыше гостиницы, откуда открывался удивительный вид: вся Лябана как на ладони. Наша грязная и неумытая Замарашка Лябана. Бедная, обшарпанная, зассаная и засранная. Но при этом удивительно светлая и задорная. И с хитрым лукавым прищуром. Настоящая Женщинка!
      Последние дни решено было отдать на откуп ужасно неблагодарному занятию – поиску подарков и сувениров. Просрать, одним словом, последние дни.
      Но утром с ужасом обнаружили, что вчера, от усталости ли, или на радостях (после долгих безуспешных поисков), заселились в отель только на один день.
      И в 12 часов ждет нас неминуемый «чек аут». Полный «Чек аут»!
      Пошли к стойке за продлением. Пэсы нашей восточно-азиатской уже нет. Зато над стойкой возвышается величаво МАТРОНА КУБИНСКАЯ. По виду – минимум завуч, но, скорее всего директриса школьная, при исполнении (обувь на пороге школьном проверяет?) Или даже директор овощного магазина, из той же заскорузлой советской поры. Директор продмага, которому подвластны даже грузчики-алкоголики и магия слова «ДЕФИЦИТ». 

      «МЕСТ НЕТ!»
      Мы растерянно тремся около стойки в поисках приемлемого разрешения ситуации, шепотом обсуждая наше незавидное положение.
      И, вдруг (О, ЧУДО!!!), из-за стойки раздается ее громоподобное:
      – Русские, что ли?
      – Да! Да! Да!!! Блин, тетя, ты по-русски, что ли, разговариваешь?!! Ах, ты, ПЭСА наша!!! Ты, ПЕРВАЯ, Родная Душа наша! – полезли мы через стойку обниматься и целоваться с «Директрисой».
      ПЕРВЫЙ русскоговорящий кубинец, коллеги! В ПОСЛЕДНИЙ день! Да еще тетя! Да еще в таких судьбоносных обстоятельствах. Когда так не хочется тратить последние часы пребывания на бесконечные поиски касы. Вчера уже наискались (один, вон, в говне по уши).
      Ну, конечно, она нам сейчас пособит. Нет сомнения. (Магия слова «ДЕФИЦИТ»!)
      – Давайте так: подходите к пол второму, что-нибудь придумаем.
      – Очень, очень мучо бьен. Мучо спасибо!!!
      А тетя, действительно, учителка. ПРЕПОДАВАТЕЛЬ РУССКОГО ЯЗЫКА! Правда, бывшая. Да, видно русский на Кубе совсем не востребован.


   

   


Малекон. «На том же месте, в тот же час».
13 972 км пути (2 252 км по Кубе).

      До половины второго мы – Хартия Вольных Каменщиков, вольноотпущенников-мачетеро.
      Цитата из бортового самописца:
      «Сейчас собираемся в город на поиски достопримечательностей и приключений».

      Перед последним решающим шоп-туром пошли искать «обменник», в эпсилон-окрестности. Через пару пролетов гостиница, прямо на Малеконе, «Горизонтальная». Название французское вроде «Догвиль» или «Доберман».
      Задачи две: сбросить фото-шихту на «болванку» и обменять депозиты, катастрофически тающие на глазах. Как результат несбалансированной внешней политики.
      Но вид и состояние научно-технического прогресса в местном «Интернет-кафе» автоматически актуализирует сразу вторую из поставленных задач.
      У «обменника» задержка: за бронированным стеклом от четырех безногих карликов прячут прекрасную Чернушку-«Белоснежку». (Что же так радикально-то?) А Симпампушка нам так улыбается, ТАК УЛЫБАЕТСЯ! Как только кубинцы могут улыбаться (кубинки, имел я ввиду).


   


      Наш англо – (причем свободно) говорящий выскочка Марик заходил гоголем вокруг заточённой в тонированный хрустальный ларец Спящей Красавицы. Заходил, последние перья распушив. Видите ли, ему досталась львиная доля ее улыбок:
      – Нет, вы только посмотрите на этого Упыря. «Стрелку», вишь, забивает.
      – Смотри, смотри: грудь колесом, гарцует, как на плацу генеральский конь… педальный.
      Но Марик «пиливал» на наши бессильные уколы и продолжал делать свое дело («не для себя, для барыг старается, за долю малую»):
      – До часу, значит? А потом свободна? Конечно, мы тебя встретим!
      – Летчик, летчик. Спроси: у нее подруги есть?..
      Так, значит, распорядок на ближайшие пару часов: быстро за сувенирами, на бегу осматривая достопримечательности; «на том же месте, в тот же час» – забираем Чернушку-Белоснежку (и подруг, подруг, Летчик), и бегом продлевать «абитасьон». Это в два часа. Ну, а дальше… дальше, как покатит.
      – А я думаю, что покатит. Уверен, что покатит. Должно покатить: у Летчика-то нашего – «Шестое Чувство».
      – Второго «залета» этому самому «За-Летчику» не простим! Такое, блин, «Экзюпери» ему устроим!
      – Ваш ход, «прынц»!



Малекон. Прогулка «Штрих-Пунктиром».
13 973 км пути (2 253 км по Кубе).

      Один забавный Штрих. Пока дожидались очереди к обменнику (вся очередь из Марка состояла), Бобба взял со стола рекламный проспект: «В кафе «Таверна» большой концерт – Кубинские ночи. Традиционная музыка 50-х годов». С одной стороны по-английски, с другой – по-испански. Боббо тычет Леопольду:
      – Зырь в корень, Отец. Тут про тебя написано: «Для тех, кому за 50»! Пойдешь?..
      Психологический практикум: Что ответил Лев Гурыч?
      (Правильный ответ: «А то улетите…»)

      Следующий Пунктир. Выйдя на Малекон, не отказали себе в удовольствии заглянуть на «сэрбэску» к Луису №2. Не последний раз, кстати. В планах была еще экскурсия, специально для Марка, к культовому уже ЛУИСУ Первому, Ведадскому. Но так и не срослось:
      – Он почти как этот, «второй номер», только лучше. И он ПЕРВЫЙ, на все времена – ЛУИС!

      Еще Штрих. После очередной порции «сэрбэсы» каждый лучик уже высоко поднявшегося кубинского солнца засветился необычайными яркими красками. И ЖЖОТ!
      Кто говорил, что по Гаване надо ходить неприметно: в джинсах, носках и кроссовках?
      Не верьте, пацаны! И ходите в том, в чем удобно! И пусть думают, что хотят! Кроссовки, носки, джинсы на такой жаре – самоубийство!!!

      Очередные Пунктиры. Опять Малекон. Дома разрушенные морем и ветром. Прогулка мимо густо рассыпанных по берегу старческих фортификаций. XVI-й век! Но нафталином не пахнет, особенно от пушек (специально обнюхивали).

      – О, салу, Гомес! «Ке таль» тебе тут? На такой жаре, да еще верхом.
      Памятник очередному конкистадору, Дибервилю какому-то.
      А с того берега нам приветливо машет Санта Хесус:
      – Ола, пацаны.
      – Ола, Хесус!
      Нептун?.. А, понятно, океан же за спиной.

      Финальный Штрих:
      – Смотрите пацаны. А эту «Девочку на шаре» я уже где-то видел.
      – Идиот, она с каждой бутыли Рона на тебя смотрит во все глаза, вот уж две недели как.


   

   


Такон. Шопинг.
13 975 км пути (2 255 км по Кубе).

      Падрэ Лео всю дорогу ненавязчиво зазывал нас в исторический центр. Туда, дальше, вдоль набережной. Но ноги в кроссовках уже порядком набухли и, судя по запаху, похоже, испортились. (Дату реализации смотрели?) И эти самые ноги привели нас на рынок народных промыслов. И тут на нас напал шопинг.
      Настроение боевое. Меня так и распирает – кровь восточная играет, и никак не дают покоя кастаньеты за «очо песос» в первый день.
      Но кубинцы, как оказалось, то ли не умеют, то ли не любят торговаться. В лом?
      Накупили всякой дребедени, никому не нужной. Но ведь дареному «рэгало» (сувениру) в зубы не смотрят!
      Пару прикольных моментов, ярко отражающих общий расслабленный настрой кубинцев-продавцов:

«Путь Сантьяго».

      Я нашел несколько картинок, достойных финансовых поощрений их авторов: наскальные африканские рисунки, в багряных тонах (а-ля «Танец» Матисса); рыбы метаморфозные (под офорты Эшера); и некие гипотетические иллюстрации к «Алхимику» Коэльо. Но нужно выбрать одно, потому призвал Марка в качестве художественного консультанта. Остановились на «Коэльо». Вступаю в переговоры:
      – Куанто?
      – Дьес за рисунок.
      – Дьес? Каро!!!
      – Ка-аро? Сам ты – «каро».
      – Я ухожу. Вот, смотри: топ-топ-топ…
      – 15 за две.
      – 7 за одну!
      – Но посибле. 15 за две, и баста!
      – Хрен с тобой, давай две за 15. С тобой туго торговаться, весь кайф обломан (протягиваю 20-ку).
      – Грасьяс.
      – Никакой еще не «грасьяс», пятерку возвращай.
      – Какую «пятерку»?
      – Б… ну, и жулики! Сдачу, сука, гони быстро, пока цел!!!
      – Мы же про 20 договорились?..
      А баба напротив тоже кивает:
      – Бэйнтэ, бэйнтэ. Си.
      Тут мы с Марком не на шутку раздуваться стали в порыве праведного гнева:
      – Бери обратно свои грёбанные бумажки, и отдай мне одну, но мою «бумажку»!!!
      Жулик от искусства понял, что мы уже давно не шутим и с большой неохотой, но отдал все же сдачу.
      Ну и жулье!!! Пыздэ-эсь!!!


   


«Миллион алых поп».

      Увидели картину-примитив, в стиле Ривера-Пиросмани: на фоне ядовито-зеленого кафеля в ванной стоит бабища голая спиной к зрителям, и в зеркало на себя и на нас смотрит. Такая вся розовая и квадратно-гнездовая. «Два центнера свежей поркятины»! Колорит!!!
      – Куанто? – вступаю я в спор хозяйствующих субъектов.
      – 45.
      – Каро!
      – Ка-аро?
      – Каро, каро…
      – Пацаны, я не хозяйка. Просто продавец: 40.
      – 30.
      – Но.
      – 35!
      – Но посибле.
      – За 35 – «но посибле»?!!
      – Я только продавец: 40!
      Я тетке заговорщически шепчу на ухо, указывая в сторону нашего либерально-гуманитарно настроенного Боббы:
      – Тряси эту тугую «мошну». Расписывай про картину, про композицию, про краски. Про то, что охры одной килограмма полтора пошло. Давай, вместе его разведем, я тебе помогу. Только – 35.
      – 40!
      – Щас уйду! И «Мешка Денежного» с собой уведу! Вот, смотри: топ-топ-топ…
      – 40 и баста!
      Кремень-баба! Так и не смогли подвинуть. Пришлось вместо «Миллиона алых розовых кубометров любимого женского тела» взять «Пластилиновую Корову» в том же примитивистском стиле.

      Правда, с «Коровой» тоже казус произошел, но уже на Родине. Нашего покровителя искусств Боббу Мамонтова с этой Буренкой домой не хотели пускать. Пришлось выбирать. Так она теперь в его кабинете «а-ля марине» пытается сочетаться с африканскими масками и чучелами рыб. На контрасте.
      А на днях история (май на дворе): я-таки нашел в арт-каталоге ту самую, «Квадратно-гнездовую»! Это Фернандо Ботеро оказался, пацаны (естественно – перерисовка).
      Зря не взяли. Хотя, где бы сейчас наш галерейщик жил бы, если бы домой попытался сунуться с той «Мисс Пигги в Зеленом»?


   


«Вилки-гну».

      Я сторговался с 8 до 3 куков за серебряный женский браслет. Кичусь перед Боббой:
      – Смотри, какая красота!
      – Я такие же за углом за два видел.
      – Грасьяс за поддержку, Отец. 

      Не верю я ему! НЕ-ВЕ-РЮ!!! Вот и коллеги мои, Немирович с Данченко (и кто-то еще третий у них за спиной трется) меня поддерживают:
      – НЕ-ВЕ-РИМ!!!
      – Он просто завидует нам, правда же, коллеги? Такую красоту, минимум, за пять везде предлагают.
      К браслету присмотрелся. Ба, да это же вилка обычная, мельхиоровая. Только в бараний рог скрученная, и с вывернутыми причудливо «пальцами».
      Ну, народные умельцы! Эдак, и есть скоро нечем будет. Когда бошки всем своим столовым приборам свернете.
      Позже увидели подобные поделки и из ложек тоже, что утвердило в опасениях по надвигающемуся столово-сервировочному дефициту.



«Голова Профессора Боббо».

      Пока шлындали между палаток, не отпускало ощущение-воспоминание о наших лихих 90-х: кооперативы по пошиву «варенок», торговые точки – «ракушки», рейды ментовские, замусоленные «филькины» тетрадки учета для налоговой…
      И еще одно ощущение, осмысленное позже: мы их давно перестали бояться, как в первые часы, дни. Мы с ними на равных: кокетничаем, улыбаемся, спорим… Общаемся, короче!
      Это удивительно, пацаны! Я их не боюсь, я их… люблю?
      Так разбушлатились, что рассосались ровным слоем по всему базару.
      Прохожу мимо одной палатки и вижу явление Головы Профессора Боббы из-под прилавка:
      – Саид, ты как тут?
      – Стреляли, т.е. поджигаю: мне тут из-под полы контрабанду из черных кораллов «парят». Вот, пироманией увлекся – проверяю бусы на наличие полициклических бензольных цепей.
      А Профессор-то наш – Голова!

Вьеха. «Оседлав Ветер».
13 977 км пути (2 257 км по Кубе).

      Так заигрались в «купи-продай», что позабыли о стремительном беге времени:
      – А-а-а! Время – половина. Ушло наше Черное Счастье «Белоснежкино». Покинуло свой обменный «хрустальный ковчег».
      Можно подумать, вилок гнутых мы две недели не щупали?!
      – Ладно, поехали, лишенцы. Хоть жилье продлим.
      У рынка предприимчивые водители конных экипажей предлагают свои услуги за 15 кровных. С ума посходили. Такси – «трешка»! В любой конец!
      Данный грабеж в отношении наших уже видавших виды персон, был гневно отвергнут. Но пятнадцать, не пятнадцать, а на десяти сошлись. До отеля с ветерком!
      «Оседлав Ветер»!
      Смотря друг на друга, в наши восторженные клоунские лица, не могли сдержать идиотического хохота. Как мало нам все-таки для счастья нужно. И всего за 10 рублей.

«У пони длинная челка из нежного шелка.
И возит нас пони в такие края,
Где мама каталась, и папа катался,
Когда они были такими как я…»



«Линкольн». «Чек аут».
13 980 км пути (2 260 км по Кубе).

      «Колючий Сахи» принес нам дурную весть: надо собирать манатки и улепетывать из «Линкольна». Но «Завуч» обнадежила нас:
      – Далась вам эта задрипанная гостиница. Моя «фамилия», как раз, занимается сдачей «кас». Слышали про такие?
      – Базаришь!
      – Подождите, я сейчас созвонюсь и все устрою.
      – Жизнь не кончается. Сейчас въедем в лучшие апартаменты во всей Вьехе! (У такой классной дамы и ее «фамилии» не может же быть плохой «касы»).
      И тогда займемся уже более «пристойными» делами.
      Сидя в фойе в ожидании участи, испили по Мохите, рекомендованной вчерашним барменом из Истории про «Коктейль из водки». Выпили этой ритуальной болтанки со слабо выраженными спиртуозными нотами. Это какая уже наша Мохита, Отцы?

Вьеха. В поисках касы, Часть Вторая.

      А вот и дедушко, член «фамилии», за собой приглашает. Пошли. Пришвартовываемся у первого «синего якоря» (знак касы партикулярэ) – мест нет. Второго…
      До нас постепенно начинает доходить, что никакой «касы» у «фамилии» нет, а просто эта манда русскоязычная (прости, Господи!) решила дать своему престарелому родственнику подзаработать на «кроликах».
      Но мы-то уже тертые калачи! И потери при разводе свели к допустимому минимуму. И теперь нам их кубинские ПДК, СДЯВы и СНАВРы, как газом отравленному – припарка.
      Даешь Гражданскую Оборону каждому отдельно взятому Алеману!
      На третьей гадской точке я говорю Боббе (сегодня мы с ним на рейде барражируем):
      – Я могу, конечно, с пьяных шар и ошибаться, но мы здесь с Марком вчера, кажется, были…
      Дед орет какую-то Маритцу. Та спускается.
      – Отец, я ее откуда-то знаю, хотя не встречал раньше. (Дежа-вю с перепоя? Все: возвращаюсь, бросаю пить!) Правда, красивая? Пухляшка!
      Поднимаемся в касу. Навстречу мужик ее.
      – Ну, «халва» Аллаху! Все понятно: это тот самый вчерашний отщепенец, который на балконе Марика убеждал, что и на одной кровати двум мужикам прекрасно спать. В то время как я его свадебную фотку рассматривал. Эта и есть та самая Царевна Будур, вчерашняя муза Хаямовская!
      Увидев меня, ее молодой му́жик (ударение на первый слог) немного с лица спал. Видно вспомнил, как мы ему вчера у виска пальцем крутили.
      Да и для нас это было последней каплей: «На фото ты красивей, там жиров не видно. А муж у тебя идиот. А мы уже – НЕТ! И ты, Дедо, иди-ка к своей «фамилии» и скажи всем, чтобы на наши глаза больше не попадались! Вот такое вам наше крайнее слово будет!» 

      «И скажи своим: кто Брата тронет – УБЬЮ!»

«Линкольн» зачеркиваем, пишем «Лидо».
13 982 км пути (2 262 км по Кубе).

      Возвращаемся в отель. Искры по телу кое-где уже пробегают. Того и гляди, «схождение благодатного огня» на кого-нибудь сейчас будет. «Директриса» разочарованно нос воротит. Понятно: ее «фамилия» недополучила по облигациям алеманского займа.
      Зато вторая тетенька за стойкой тихо вызвалась помочь:
      – Тут рядышком такая же гостиница есть.
      – Скажи, где. Мы сходим.
      (Пусть только заикнутся про выселение, пока мы не определимся).
      – А я сейчас сама позвоню туда.
      – Опять развод? Да когда же они, наконец, угомонятся?
      Но зря гневили. В пяти минутах отель «Лидо» той же бюджет-системы: 2 номера по 45 в сутки, с завтраком. И один трехместный – за 60 куков. Это «маньяна». Даже гостевые от «Линкольна». «Линкольн» зачеркнуто и от руки: «Лидо».
      – Точно, завтра можно будет за 3-местный заплатить? Не получится как в «Линкольне»: «фамилия» очередная? Знаем мы вашу «фамилию». У вас вся Куба – одна «фамилия»!

Вьеха. По следам былых сражений.
13 982 км пути (2 262 км по Кубе).

      На вселении Падрэ Бобба в очередной раз сыграл в лотерею с нашими паспортами: на этот раз выпал и мне черед быть оруженосцем при нашем Великом Магистре «С-Пальцем-Во-Рту». Обустройство, чистка перышек и горла на новом месте. И выход в город №27.
      Опять Арбат. Опять «Город Мастеров». Приглянулась мне фигурка женская, из дерева выточенная. (Про настоящие, живые фигурки молчу, стиснув зубы). Стал торговаться. А рядом еще больше и еще смачней чурочка. Если возьму обе – скидка выйдет. Долго рядился: уходил, возвращался.
      – Ладно, пацаны, видно, две брать буду.
      Отцы ухмыляются:
      – Настал твой звездный час, придурок. Говори уже свое глупое «ЭСО И ЭСО».
      – Не я – вы сказали. И да будет так! – и уже торговцу – Мне «ЭСО И ЭСО, ПОР ФАВОР»!

      Беглое отступление. На второй же день приезда в наш суровый сибирский край трескучих морозов бо́льшая из «деревянных сестер» стала, в буквальном смысле, трещать по швам – дерево не выдержало. А если бы я настоящую «чику» домой привез? Чтобы бы с ней-то приключилось?! От климата сурового… или жен, по голове трескучих.

      Прадо. Променад. (Или парад-дефиле?) Собрали за время прогулки кучу визиток от зазывал: «Сала де Фиеста (Консумо)», «Дон Лоренцо, ресторан-бар. Камида интернациональ и криола», «Ранчо Кокито – Астуриана»…
      (Кого Дон Лоренцо собрался «консумо» в Ранчо Кокито? Астурианить?)
      Очередной знак свыше: где-то на перекрестке стоит молодая козочка кубинская в ярко желтой майке. Сзади ярко зеленый номер и надпись «Алемания».
      (Это на что это они, гадины, постоянно намекают? Что за поросячий подтекст?)
      Идем по памятным местам. Где-то в той стороне в прошлый раз пообедали в подворотне за 70 куков. Как давно это было и как будто не с нами. Вот и кафе «Оазис» (ну, вы помните). Итальянский ресторан, где нас «Памела» подцепила. Чудно, но это уже ВОСПОМИНАНИЯ. Кажется, будто жизнь целая пролетела… и есть уже как-то хочется.
      На другой стороне рассадник алеманский: отели, «Березки», Пассажи, рестораны. Мы, умудренные, осторожничаем, «ля карту, пор фавор» у привратника требуем.
      Цены на входе, вроде, ничего. А внутри? Ну что, зайдем, проверим? Мы же в любой момент можем финт сделать, если что не по нам окажется. Мы ведь вам уже не это – «эсо и эсо», что две недели тому назад.
      На удивление, без развода. Поели стандартно: сытно и недорого, по нашим алеманским меркам: рублей по 12. Зачем только Марику коньяк понадобился? Это на родине-то Рона!

Вьеха. История «ИДИНАХ».
13 984 км пути (2 264 км по Кубе).

      И снова легкая трусца по Праде, и снова Арбат, как контрольная точка привязки к местности. До «Лидо» – подготовка к вечернему марш-броску и «наводка мушки».
      Где-то в районе Арбата, на параллельной линии, в валютном магазине (перманентное пополнение трюмов Роном) пристал к нам один докучливый «френд». Как всегда с пачкой молочной смеси. Стандартная, как мы поняли, разводка. Хорошо, что мы по-испански ни «бум-бум», так и не просекли, про что «базар». Он на улице нас «вел», и в «Березку» местную не постеснялся зайти. Прихватил с собой даже тетю какую-то. Видимо, особо нуждавшуюся в коробках из под молочной смеси. Судя по тому, как он этой коробкой перед нашим носом и носом продавщицы рьяно потрясал. И нагло лез в пространство между нами и сеньорой за прилавком, с комментариями типа: «и еще «эсо» пусть закажут и «эсо». Мы уже обо всем договорились».
      Короче, когда он влез фатально в наше интимное жизненное пространство, мы с Лео, уже порядком затраханные его вниманием, синхронно оборачиваемся и, как по команде, в унисон прорекаем ледяным голосом:
      – Ты русский язык понимаешь?
      – Но…
      – ИДИНАХ!!!!!!!!!!!!!!
      Рык наш был столь ужасен, что «френд», я уверен, конкретно ОБОСРАЛСЯ. Я на его месте тоже бы, простите… Подруга его мгновенно канула в преисподнюю. Да и он как-то обмяк, пожух и медленно растворился в пространстве, бормоча себе под нос что-то едва различимое и угасающее. Думаю, что и случайные свидетели инцидента тоже испытали не лучшие мгновения своей жизни.

      «И со страху обосрались
      все коньки в лугах колхозных,
      и заплакали детишки…»

      Предположу больше. Мастер Боббо был в ближайшие полчаса как-то задумчив и растерян. Отвечая на внешние раздражители глупо и невпопад. И захотел поскорее вернуться в номер. Думаю, и он поимел массу свежих впечатлений (в штанах?) в тот момент. Позже, он корил нас:
      – Зачем же ТАК жестко? Лучше их просто игнорировать.
      – «Пэрдонэ», Атэсь, наболело. Но как его игнорировать, ежели он лезет? И от лица на расстоянии менее полуметра телепался. Это же Кризис Карибский в чистом виде!
      Продавщица, к которой мы обернулись чтобы продолжить заказ, была ни жива, ни мертва.
      – Пэрдонэ, сеньора. Френды, сами видите, совсем распоясались, – постарались мы сгладить обстановку своими виноватыми улыбками.
      Да, где там. Так и ушли, чужими и непонятыми. Со своей глупой бутылкой 7-летнего Рона и связкой бананов за доллар.
      Злобные буржуины!

«Лидо» – Ведадо, и обратно.
13 988 км пути (2 268 км по Кубе).

      Уже в номере, конкретно зализав Роном раны, полученные в результате этого трудного дня, решили выдвинуться в район Ведады. Зачем? Видимо, замкнуть пространственно-временной континуум в начальной точке Странствий.
      Сели, уже довольно «зализанные», в Падрэмобиль и поехали. Проносясь по Малекону мимо «мамбисасов», рулевой Марк по прозвищу «ДИКОЙ» заклинал самого себя: «Только без фанатизма, только без фанатизма…»
      Но обошлось.
      У «Коппелии» идет какой-то живой концерт. И малолетки кругом. Всё в малолетках, вся площадка – по колено в малолетках. И они всё прибывают и прибывают…
      Пионерский костер в Артеке глазами Хармса.
      «Не, пацаны, малолетки – это не выход. Хочется конкретики».
      Мимоходом решили заглянуть на огонек к «Огневушке» Ленке, в кафешку напротив «Хилтона», с Мариком познакомить. Но Ленки не было. Жаль. «Маньяна посибле»?
      Неприятно обнаружили, что цены здесь выше средних. (О, «абла испаньоль»? Мы уже разбираемся в ценах!) Но не уходить же: немного «камиды» и обратно, в родную Вьеху!

Арбат – сквер. «На заглотыша».
13 993 км пути (2 273 км по Кубе).

      Сидим в баре, в фойе. «Сэрбэсу» с Мохитой мешаем. О делах наших скорбных калякаем. Меж тем, к вечеру вопрос досуга встал уже крайне остро. Встал и стоял! И никакая работа, кроме секса уже в голову не идет – время поджимает и джинсы в паху тоже.
      А План один и без вариантов: БАБИЩ ХОЧЕТСЯ!!! ГРЯЗНЫХ ЗЛОЛЮБИВЫХ БАБИЩ!!! 

      «У-у-у, а’вон э дирти воман! У-у, а'вон э дирти гёл!!!»

      Настроение… приподнятое. Особенно у Марка, у того вообще, ГОН начался. Он то и дело срывается с места и бежит куда-то за калитку, будто ждет кого. Возвращается понурый. Через минуту все повторяется. В один из таких пробегов возвращается с предложением:
      – Надо кому-нибудь фирменную мастерку «Адидас». Сторговался с френдом с 80 до 15. Только она 60-го размера.
      – Давайте ее Падре Лео купим, если ему в коленках жать не будет, – это Падрэ Боббо опять решил деньгами посорить.
      Пока рядились, цена мастерки за баррель вновь подскочила с 15 до 40. За что френд незамедлительно получил суровое, но справедливое «ИДИНАХ!!!»

      Так и не дождавшись никого у калитки, повлеклись за приключениями на Арбат, как закланные. По дороге обсуждая, что в подпольную касу не хочется, а с отелем – не можется, судя по всему. Тогда к морю? Точно, ловим «рыбонек» и к морю! Резвиться «и голыми при луне плясать»!
      На Арбате места рыбные: прошли туда-обратно «для прикормки» и сели у заводи в скверике. Насверлили лунок, забросили закидушки и стали ждать, попивая «сэрбэсу» и уже нервно покуривая «цигарки».
      Сидим, браслеты, как последние атавизмы алеманской «лафы», зубами отгрызаем (эти вызывают среди френдо-чик особенно нездоровый ажиотаж, уже порядком нас за…мучивший).
      Неугомонный Марк «По прозвищу Дикой» в который раз не усиживает на месте (горя-а-ач, чорт!) – уносится проверять лунки. Я за ним: «Грибы, вы тут, это… пока… а я это… как он там…
      Не смог я догнать Эль Спринтера Спермотоксикозного. Поравнялся с ним на середине улицы, когда он уже на возвратный курс лег. Только вихрь унес обрывки, кинутого впопыхах: «…тут глухо… к скверу…»
      Уже подбегая к Гольяно, поймали на себе призывные взгляды трех прекрасных креолок, в витрине фаст-забегаловки на углу.
      Ну, вот. Клюнуло. Подсекай!

Арбат – сквер. «Но компрэндо».

      А мы боялись за Лос Грибов: пока мы с Мариком спортом занимались, те уже двух девиц негритянской наружности «склеили». А точнее, те их. А знойницы, как раз, размера… ТОГО, ЧТО НАДО, РАЗМЕРА. Большенькие девочки! Под стать нашим Братьям Аяксам!
      Сидят, «сэрбэсой» потчеваются и разговоры разговаривают.
      Правда, у Леопольда кроме «нокампрэнды» больше ничего не выходит, как он губы «трубочкой» не складывает. И видно уже, что уже многое, что есть ему сказать. О главном, о наболевшем. И хочет сказать, и говорит. Но… «НО КОМПРЭНДО!» опять с уст летит.
      А другая сторона так усиленно пытается сдвинуть Падрэ с мертвой точки, всячески выводя его на разговор, засыпая его вопросами, но в ответ в очередной раз получает незыблемое «но компрэндо». 

      «Нелегкая это работа – из болота тащить бегемота».

      Издевались над Отцом, в общем, в наше отсутствие!
      Зато Боббо, с его слов, отлично в английском поупражнялся. С такими гренадершами не в английском надо упражняться. А хотя бы по-французски или, того круче, по-немецки. Но и по-английски немудрено посвятить Черну-«чик» в детали предстоящих праздничных мероприятий у моря. Те полностью разделяют вышеозначенные пункты Плана (особенно «нокампрэнду»), но…
      Но выводы безрадостные: в этом «рыбном» месте Живыми Приключениями не пахнет. Пахнет только дешевой продажной любовью!
      Вовремя свое счастье в Тринидаде надо было ловить!

Арбат – сквер. «Газели Креоло» – Трэш.
13 994 км пути (2 274 км по Кубе).

       В это самое время Марк (по прозвищу «Дикой») вступил в преступный сговор с выросшим прямо из-под земли «френдом». Велик ты и вероломен, английский язык! Этот «Чорт из табакерки» поразительно мне напомнил Роберто из Уйского. Чистый ЖУЛИК! И во лбу звезда горит, сутенерская. И речь его паскудная ведется о ТЕХ САМЫХ ПЕЙЗАНКАХ, что из кафешки на нас глядели во все глаза. Глядели глазами молодых газелей. Не ведавших еще сегодня счастья алеманской любви. А может и ведавших.
       Откуда ни возьмись, а именно с соседней скамейки, они явились пред нами как лист перед травой, и прогарцевали как по подиуму стройными рядами (а точнее – телами), в колонну по трое. Все три. Они, оказывается, уже давно дожидались своего звездного дефиле по красной ковровой дорожке. Пусть и засраной ими же.
       – О, я-я, натюрлих. Данке шён, ёнге фрау! Несомненно: Золотая Пальмовая Ветвь!
       Первый сравнительный анализ экстерьера был явно в пользу Креолок. Но встреча с ними только на «сиюминутной» касе. Зато Чунга-Чанги обеими руками и остальными частями тела за море «и голыми при луне плясать». Но их двое.
      – А что, амиго, невест-то в вашем городе только три?
      – Там, куда я вас зову – в Даль Светлую, их столько, что всем хватит. Еще и останется.
      Результат дальнейших переговоров с Роберто №2 понять несложно: когда стоимость предполагаемых услуг упала с 45 на брата до 30 за сестру, включая койку, наши руки единогласно проголосовали за Газелей.
       Но и Черноголовки веры не теряли. Наверно, думали себе: «Таки гарны парубки не раз еще удивят своими подвигами. Им там на 10 минут работы всего» – И уходить не собирались.

В «касе иллежале» – Трэш.

       Плацкарты две, потому дежурить у Вечного Огня Любви пришлось по двое. Сначала мы с Лео. «Место незабываемых встреч» в двух минутах от сквера, в параллельной с Арбатом подворотне.
      – Кто-кто в Теремочке живет? Кто-кто в невысоком живет?
       – Это я – «Чика»-Норушка.
       – А я Алеман – Мошною шлям! Давай с тобой вместе жить-поживать половой жизнью.

       Во избежание уже доставших до печенок разводок, я еще раз озвучил зафиксированный тариф путем отмуслявливания кровных. И вошел в чертоги…
      На меня в который раз прянул терпкий, приторно сладкий, экзотический запах настоящей Кубы. Тот самый!
      И «Марипоситы», усаженные пред очи, как на подбор: все миниатюрненькие, попочки – орешки кругленькие, талии узенькие. Обалденные! Феи «Динь-Динь»!!!
      Голова закружилась: как выбирать? Ладно: «Вышел Грека через реку…»
      – Комо тэ?
      – Сусанна.
      Крутая и узкая «Потемкинская» лестница и комната: три, два, один – время пошло…
      Пока дожидался Свою Киску, которая билась внизу с Робби Вильямсом («Сберкнижку мне! Она мне душу согреет, когда на дело пойду…»), рассмотрел комнату. По крайней мере, не пришлось выгонять кубинских пролетариев с продавленной лежанки. И на полу нечто вроде ковролена. Ну вот, вроде, и все из обстановки. А чего еще-то надо? Хаза она и есть – ХАЗА!
      Понятно: не до романтических поцелуев при луне в парке на скамейке. Пришел делать дело – делай!
      Не буду растекаться спермой по древу. Скажу лишь: создалось впечатление, что девчушки еще маленькие. В смысле – малолетки. Уж, больно узко и не опытно. Мне далеко до гигантизма, но моя бедная Сузанка немного попискивала, пэсонька моя узенькая.
      Если бы мы с моей Сюзи встретились при других обстоятельствах, – думаю я по ходу возвратно-поступательных движений – возможно, нечто похожее на «большое советско-кубинское чувство» возникло бы.
      Наверняка! Ведь, как такую Пэсоньку можно не обожать и не носить на руках?
      Да и я человек не самый худший, хотя и сволочь. Со мной еще есть о чем полежать. Меня тоже еще можно полюбить… в хвост и в гриву.
       Но, увы и ах! ПРИШЕЛ ДЕЛАТЬ «ФОКИ» – «ФОКАЙ»!

«Смена пажеского караула» – Трэш.

      Чем мне нравится испанский? Почему я так влюбился в этот язык?
      При полной неразберихе с заплеванными согласными, каждая гласная – апофеоз метаязыка общения. Если «О», так точно «О», если «А» – ничто иное, как «А»! Да какая «А» – ПИСЯ-АААА!!!
      Моя немногословная доселе «Восьмиклассница» Сюзон в конце нашей быстротечной встречи выдала фразу, от которой до сих пор бросает в холодный пот: «Сейчас ты возвращаешься к своим а-миг-о («А» – это «А», «О» – это «О»!), и зовешь их сюда делать фоки-фоки («Ф» и «О» картечью от зубов!)»
      Я, расстрелянный в упор и навылет этой убийственной речью и постыдными обстоятельствами, заставляющими в очередной раз почувствовать себя Алеманом Ё, побрел понуро восвояси…
      А у нашего Инженера Марика Полесова в очередной раз конфуз вышел: плашек 3/8 нет! Пришлось на 3/4 резьбу нарезать. И опять по живому. В общем, не закрытый, а открытый перелом! И малые тектонические сдвиги в области малого таза.
      Опять наш Марик по этому глупому поводу стал грузиться и рефлексировать.
      И настроения к продолжению приключений у моря уже нет. Не хочется танцевать голыми при луне! Потому наших темнокожих попутчиц по увеселительной загородной прогулке по «буено»! По боку, то есть.

Промодерировано

Арбат – «Лидо». Старые и новые знакомые.

      Последний крюк по Арбату и домой. Идем, старческими мудями трясем. Песок сыпем – с гололедом боремся (зима ведь). Навстречу нам из-за угла вырисовывается уже известный «Джимми Хендрикс». Я кричу чорту: «Эй, амиго! Поехали с нами, мы… Ты куда, амиго?..» – Френд мгновенно рассосался в эфире. Как и не было, БЕС-СЛЕД-НО! – «Ну-у, Малыш, я так не играю. Только захочешь пошалить…»
      А мимо пробегает Городская Сумасшедшая, перед нами купюрами трясет, типа: «Вот, как работать надо!» Улыбка – от Прады до Гольяно, во весь Арбат.

      Уже у родной калитки поравнялись со встречными девчонками:
      – Оля…
      – Конечно, хотим!
      Смотрим, а девчушки – ничего. Расклад стандартный – 50/50. «Мавр и христианин». В смысле, одна Беляночка, а другая Смоляночка. Т.е. если одну еще кое-как видно в темноте, то другую, совсем наоборот – в темноте только на ощупь!
      Мимолетное, но очень приятное знакомство с «чиками». Или не «чиками»? Кто их разберет. Они как деньги видят, все в «чик» превращаются.
      Пока Марк пытался их убедить, что не в деньгах счастье, мы пропустили еще по Мохите в баре.

Марк. Перезагрузка – Трэш.
13 995 км пути (2 275 км по Кубе).

      «Вот тебе, Марик, и Юрьев День – Вторая Попытка! Да еще и на выбор. Сейчас точно: Все будет ХА-, все будет РА-, все будет ХА-РА-ШО! Русское радио!»
      А тот дергается, убегает. Фрустрозничает вовсю! Я ору Лео, чтоб держал придурка, а сам к девушкам: Мосты Дружбы и Добрососедства прокладываю. Не для себя, для этого дурика: «Селянка. У тя баушка есть? Сиротка, значит. Хочешь большой, но светлой любви? Во-о-он с тем Бесноватым?.. Иди сюда, придурок. Смотри, какое счастье тебе подогнали. Чего же тебе еще надо, хороняка?»
      Насилу оставили бойца на переправе, Мост достраивать.
      В ожидании результатов конструктивных переговоров, пропустили еще по Мохите в баре.

       Победительница конкурса строя и песни, Беляночка, смышленая вышла: сама на вахте договорилась. Однако, вахтер не потеет, чреслами своими не страдает, а те же 20 рублей имеет.  И стало быть, минут через пятнадцать у Марика будет еще одна-две-три возможности доказать самому себе про порох в пороховницах.
      Забыли совсем про часы подарочные, так в рюкзаке и провалявшиеся. Вот, чем надо было «замазать» привратника гостиничного и петли гаражные. А то ведь Марик на девок последние центы извел. Охота пуще неволи!
      Смоляночка, Марк заметил, очень сокрушалась, что и ей счастья не перепало от первого бесноватого парламентера. И цена-то счастью – всего 20 рублей.
      «Иди уже, диффундируй! Им тебя одного хватит. Убийца молоденьких кубинских цыпочек – Бадди Лектор!»      ………

      Дожидались кровавых репортажей с фронта в другой комнате. И дождались: ну, Аллах акбар! Марк очень старался и вполне заслуженно повысил свое реноме, причем неоднократно!
      Пусть знают эти кубинские чики, что не перевелись еще Богатыри на земле русской!

       Запись из «черного ящика»:
      Походили по трущобам… маленьким и узеньким, но очень красивым. Правда, Марк не смог пройти, не сломав коридора, отчего в очередной раз загрузился. Пришлось искать «неотложку», благо, что на каждом шагу. Все в конце вышло, как и планировалось. Марк неоднократно осмотрел все достопримечательности нашего с Боббой номера…

Промодерировано

«Лидо». «Кабачки».

      Дожидаясь очередного мохитового замеса у стойки, наблюдаю картину: к тете-барменше подходит какой-то бледнолицый Кабачок, и пытается ей что-то на непонятном никому наречии втолковать. А за столиком сидит его подруга, такого же садово-огородного вида. Судя по бледным ликам их – не больше двух дней на Острове.
      Мы с барменшей в «непонятках», переглядываемся: чего надо этому …рыге? Я ему:
      – Вэ а ю фром?
      – Ирландия.
      Я поворачиваюсь к тете и машу обреченно в сторону этого ботанического сада:
      – Алеман!
      Сейчас я понимаю, что самую смешную картину увидела сеньора-барменша: с первым все ясно – обсос. Но другой, без двух недель алеман, чего щеки раздувает? Типа, наоборот?..

«Лидо». «Тосты от Рауля».

      Сидим в номере.
      По телеку Рауль Кастро на какой-то парт-сходке зачитывает список. После каждого пункта – буря оваций. На десятой минуте мелодекламации:
      – Список продуктов?
      – Это революционеры, дурилка картонный!
      – Так много?
      – Может, это те самые «38 Бакинских попугаев», те самые 85 героев «Гранма».
      Еще через пять минут:
      – Отцы. Да это же он тосты произносит! Салу, пацаны!!!
      Так, под эти «тосты» Рон и пили. Под купленным кубинским стягом, закусывая бананами и попыхивая кислым «Тринидадом».
      Тут же попробовали реанимировать ОТВОРОТНЫЙ «Эль Лук». Но встретив мощный нашатырный отпор, оставили 86-го Кубинского героя в покое: «Покойся с миром, наш пламенный маринованный Герой!»
      Уже совсем ночью опять пошел горлом голод, который утолили проторенно – курой в фастфуде у Мюзик Холла.


   

   


21.12.06, Четверг. День Пятнадцатый.

«Лидо». «Счастливая Барракуда».
13 996 км пути (2 276 км по Кубе).

      «Рекламный агент Леопольд Блюм с удовольствием ел внутренние органы животных и птиц». А банковский клерк Леопольд Грибов их ненавидел! Но не отказывал себе в удовольствии отведать на завтрак омлета с сосиской. Запивая все терпким кофе с сэндвичем.
      И мы, сидя в кафе на крыше отеля, любуясь утренней Лябаной, с радостью разделяли с ним трапезу-инклюзив.
      Всё, Странствия и Приключения закончены. Остались лишь редкие ВСПЫШКИ, среди подступающего тошнотворного осознания близости Серой Бездны. 

      Бегущая смс-строка на экране телефона:
      «Сегодня мы провожаем Марка. Завтра Куба проводит нас».

      Сегодня мы прощаемся с нашей кубинской Сивкой-Буркой. По случаю произвели торжественный парад войск и соединений на плацу перед отелем: перед прощальным маневром до аэропорта обступили почтительно наш геройский бот, нашу «Счастливую Барракуду», ставшую за эту неделю нашим убежищем и пристанью в одном, отдельно взятом, помятом корпусе. И с одним подбитым нерабочим крылом, т.е. дверью. 

      «На честном слове и на одном крыле».

      Посмотрели на нее и улыбнулись, с грустью: «Падры, вы посмотрите не нее. Вся в пыли, вся чумазая. На жопе следы рук – это мы ее из зыбучих песков за круп выкорчевывали. Какой-то гадости дизельной нажравшаяся и говнецом припахивающая. Но все равно – родная и близкая! ПЭСА!
      Ни один русский не сможет устоять против соблазна нацарапать «Здесь были Ося и Киса» И мы не смогли. И выжгли на крупе нашей «кочи» тавро: «АЛЕМАНМОБИЛЬ».


   

   


Вьеха – Терминал №3. «До свиданья, наш ласковый Мишка».
14 025 км пути (2 305 км по Кубе).

      В аэропорт ехали молча. Когда заиграла «Habaname», из-под моих непроницаемых модных молодежных велосипедных очков сбежало несколько «предательниц».

      Накатили воспоминания. Кладбище. Мы прощаемся с Антонкой. Звучит «Металлика». «One»… Один… уже одиннадцать лет один. Теперь ему всегда 25. Один, «One»…

      Скорее бы уже все закончилось! Этот день и завтрашнее утро. Чтобы прекратить затянувшуюся агонию. Я за эвтаназию!
      Конечно, если и дальше, то можно больше всего увидеть и испытать. Но уже конкретно хочется домой, на свою Итаку!
      Без проблем сдали свой «Алеманмобиль». Минус 25 за перегон с Варадеры.
      Подвели итоги. Программа выполнена на 98%. «Хвостик» оставлен на сегодняшний день. Расставленные приоритеты (оттопыривание, достопримечательности, активный отдых, «пассив») были выдержаны и неукоснительно соблюдались всеми членами Ложи Лос Хоерригос.
      Вот такие они, суровые сибирские парни: сказали «на Кубу» – и сделали! Сказали «Не хотим на Ямайку» – и не полетели!

      Чтож, сага «Старик и море» почти дописана? А что дальше? «Прощай, Оружие»? «Снега Килиманджаро»?..
      Всё: последняя совместная банка «Буканеры», и Марик скрылся за демаркацией. 

      «Олимпийская сказка, прощай…»


   


Терминал №3. «Акт последний».

      Место действия: Международный терминал №3 Аэропорта Хосе Марти.
      Действующие лица: те же, без Марка.
      Немая сцена.
      Трое садятся в такси и скрываются за кулисы.
      Занавес.
      ………………………………………………


Вьеха. «Вспышки» днем.
14 055 км пути (2 335 км по Кубе).

      Цитаты из потрепанной записной книжки:
      «Вчера опять имели массу приключений, но мы уже тертые калачи, потому все они пройдены без потерь. Потери при разводе свели к минимуму. Только Боббо занимается благотворительностью…»
      «Весь день проносились в поисках презентов. НЕТ! Если отдыхать, то надо ОТДЫХАТЬ! Последний день вычеркнут из списка отдыха».

      Решили посетить фабрику «Партагас» за Капитолием: тема покупки сигар еще не раскрыта. Огибая Капитолий увидели в заброшенном окне горшок с цветами. В который раз навеяло: цветы на окне, профессор Плейшнер, «явка провалена»…
      На экскурсию не пошли: «Никаких цифр для запоминания»! В фирменном табачном бутике на первом этаже тьма алеманского люда. А цены, что и везде – официальные.
      Выяснили, что этих жирных пупсов привезли сюда на экскурсию. Вот они своими тучными телесами все и заполонили. Когда их разогнали по автобусам, и мы смогли подойти к витрине и кассе.
      «Касса» (не путать с «касой»), это такое слово… алеманское. Что оно обозначает?..


   


      В районе Гольяно решили зайти в супермаркет местный. Нас с Бобби не пустили – мы с вещь-мешками. Сдавать в лом. А Падрэ Лео шел первым и не заметил, что «агент работает без прикрытия».
      Мы стоим при выходе и дальнейший разворот событий предполагаем: заплачет Егорка или «в домик» спрячется? Боббо живописует: «Сейчас по радио объявят: Потерялся мальчик. 50-ти лет, зовут Егор…»
      Нет, смотрим – вышел. Держался молодцом. Ни одна мышца не дрогнула на лице нашего чопорного Мистера «Ноль Эмоций». 

      Цитата самописца:
      «Вообще, языковой барьер дался для Егора мучительнее всех: он либо на крик срывался, либо: «Со мной только по-русски!»
      Сразу по приезде на Родину побежал Лео Карлыч Буратинов на языковые курсы, вприпрыжку. С красочной азбукой под мышкой, купленной за четыре сольдо. Но сделал одну непростительную промашку… но это История уже совсем другой Саги.

      Вспомнили, что в рюкзаке до сих пор часы валяются, «для вождей племен»:
      – Может, тут же у супермаркета «толкнем». Смотрите, вон, «фарца» стоит. И мы пристроимся.
      – А, ну их в «маньяну»!


   


      Сидим в кафе на связке Прады и Малекона, комплексный обед по 10 рублей поглощаем. После нежданно нагрянувшего дождя кафе заполнилось местным населением с ближайшей остановки. Когда народ также спонтанно схлынул, приметили за соседним столиком колоритного дядю. По виду – Дядя Хэм. Посмотрев на нас какая-то мысль его «дернула». (Как мне знакомы эти «озарения» и «торканья» творчества). А дядя к нам торкнулся:
      – Сколько вы уже здесь?
      – Недели две.
      Он быстро попросил у бармена лист бумаги и что-то стал туда строчить, как из пулемета. Муза, стало быть, его посетила кубинская!
      Ждем теперь, когда из под его буйного пера выйдет бестселлер с очень узнаваемыми образами: «Смотрите на всех книжных полках в июне: «Дневники Мотоциклиста. Сага».
      А вообще, интересно: что такого мы и наш вид в нем пробудили? Спокойствие во взглядах и отсутствие суеты в движениях? Или отсутствие типичных олигофренических выражений лиц, так присущих всем алеманам в первые дни пребывания на Острове?
      (Как мне, все-таки, знакомы эти «муки творчества», эти «вспышки» и «озарения». Эти «приходы». Видно, и мне придется за своей Музой сюда возвращаться вновь).

      «Нам некуда больше спешить…»

      Насытившись, неспешно посёрбываем «сэрбэску». И глазеем по сторонам. Вот, пара «мамбисасов» на Праде к девчонкам пристает. Документы проверяют? Или просто знакомые?
      Я обращаю внимание Отцов на облупившуюся штукатурку: «Смотрите, а пламенный образ Команданте нас все-таки везде сопровождает. Как Ангел-Хранитель. В противовес поросячьим намекам на «алеманов», «Алеманию» и «профессора Плейшнера».
      САЛУ, КОМАНДАНТЕ!



Вьеха. «Вспышки» ближе к вечеру.
14 062 км пути (2 342 км по Кубе).

      Наконец, сбылась и самая последняя «Мечта Идиота» – Леопольд все-таки затащил нас в исторический центр Лябаны.
      Улица разрытая археологическими изысканиями, кафе, рестораны, музеи: все причесано и вылизано. Под алеманов местечко! Бабушки, в ярких нарядах с сигарами из беззубых ртов. Снимаются в прямом смысле слова – на ваши глупые алеманские фотоаппараты снимаются за рубль денег.
      Дальше иллюстрация к этикетке «Гавана-Клуб» на фоне свинцового неба. Машет нам приветливо своей волшебной палочкой РОМОВАЯ ФЕЯ. Ромовая Баба, я тебя знаю!
      А на бывшем военном плацу (Пласа де Армас) какие-то «гринписьки» клумбу развели: в роте НЕПОРЯДОК!
      За оградкой главная Сейба Острова – Сэйба №1! А у Чудо-дерева фасад старенького храма. Лишь фасад и остался.
      (А сам-то храм где? Где храм, я спрашиваю? А-а, вот же, на карте указано, что он временный – «ля тэмплейт»).


   


      Стоянка такси на Плацу, фонтан слов: «Хилтон… 8… Адьос!.. 6?.. Следующий… 5… Адьос!.. 4!.. По буквам: до «Хилтона» – Т-Р-Э-С-П-Е-С-О-С! Дядя, мы две недели тут. Найди себе алеманов и им по ушам «трэс» – ТРЭС, говорим!»
      А может он прав? Он же видит, что на «кроликов» уже не похожи. Вот и говорит, что до «Хилтона» отсюда 4 – не меньше. Говорит: «ЧЕССЛОВО»…
      «Уговорил – 4». 

      «Хилтон», Ряды «Березок». Опять тот же сумасшедший ДЦП-дедушко, пританцовывая, двери алеманам открывает за монетку малую. Френды: – Сигарс, чикас, кокэйн… (О, о! Это что-то новенькое!) – Маньяна «кокэйн»…

      Наконец-то я добрался до футболок, как Падрэ Лео не пытался всю поездку лишить меня этой возможности: «Мне на девочку 10 лет что-нибудь розовое… а «эсо» какой размер?.. а с перламутровыми пуговицами?.. Тетя, я разве сказал «черное»? Девочка 10 лет – РО-ЗО-ВО-Е! (А-пель-син!) И «эсо, пор фавор», на меня, с ЧЕ которая… грасьяс».

      Ленки в кафешке опять нет. Значит, только кофе по-кубински. 

      «Еще по одной и пора назад».

«Хилтон» – Вьеха – «Хилтон». «Круг почета».
14 070 км пути (2 350 км по Кубе).

      «Давай, шеф, поехали к дому, а адрес сейчас покажу…»

      Еще одна История. Наверно, уже последняя. Входим в отель. Вдруг, наш скупой на эмоции Егор останавливается и в лице меняется (очччень дурной знак): «Падры, я фотик где-то оставил. Все время на руке болтался, а тут…»
      Благо, что финансовый аналитик: путем хитрых дедуктивных рассуждений место «ИКС» найдено – такси! А такси минуту, как отчалило. Где его теперь искать?
      Заказали на стойке такси. (Только как на такси приехали, и опять заказывают. Ну, не алеманы?!) Догадываетесь до куда? Точно – до «Хилтона»!
      К нашему несказанному удивлению, нашли нашего таксиста у «Гавана Либре», а фото-агрегат на заднем сиденье. Таксист тоже был крайне удивлен нашему явлению. И заметно раздосадован своей нерасторопностью: такой фотоаппарат обломился!
      – Мы… это… понравилось нам с тобой кататься. Может, еще раз прокатишь до Вьехи?
      – Да, хоть пять раз. Только перед смертью не надышишься.

«Лидо». «Случай в лифте».
14 078 км пути (2 358 км по Кубе).

      Перед смертью не надышишься – как точно. Каждое наше движение по Кубе теперь имеет убийственную приставку «последнее». И кошки в душе… насрали…
      С этим настроением и заходим в лифт. Двери гостеприимно раскрываются, а там аппетитная тетя с кухни на противне не менее аппетитные булочки везет. Такое неформальное хлебосольство типа «Проходите, гости дорогие!» И видно, что настроение у тетечки не в пример нашему, и распирает ее поделиться: «…а кто больше от каравая откусит, тому и хозяином в доме быть…» Но, как на зло, кругом одни Рыги.
      А нам уже не до контактов: в печали мы по поводу конца Сказки. Но на следующем этаже еще одна чернушка из обслуги к пассажирам присоединяется. Долю секунды они на нас косились недоверчиво, а потом как прорвало:
      «Чтовбаравотвезупампушкитамзакончилисьхочешьпопробоватьнукакаэточтозарыгикакиетоахренихзнаетможетдатьимтожепампушкипопробовать смотрикакиеониуставшиеголодныеизлыеапошлиониалеманыЁ…»

      Я чувствую, как на моем безрадостном лице медленно и блаженно растекается улыбка, все шире и шире. Вот они какие, наши кубинские лекари. Пэсоньки!
      И я уже стал раскрывать рот, чтобы попытаться вклиниться в их тираду, но двери раскрылись… 

      «…и каждый пошел своею дорогой, а поезд пошел своей».

Вьеха. «Финальная Точка».
14 080 км пути (2 360 км по Кубе).

      Всё, финал. Только что собрали шматьё. Завтра, рано утром: «Адьос, Куба!»
      Чтобы замкнуть пространственно-временные петли, решили прогуляться напоследок по Малекону. И дочертить этот Магический Круг уже на Арбате.
      «Пс-пс» из темных переулков уже не трогает. Нет, трогает, конечно, но мысли уже не здесь. Мысли уже начали свое Возвращение к Истокам. Мысли уже на Пути к Родине.
      Кафе у Луиса №2. Очень кстати. Последний ужин на Кубе. У Луиса. Вот это и есть настоящая ФИНАЛЬНАЯ ТОЧКА. (Если бы еще не эта досадная приставка «№2»)
      – Ну, как, пацаны, насытились?
      – Мучо густо.
      – Кофе?
      – Натюрлих!
      – Вам по-кубински или по-американски?
      – Обижаешь, братэлла.
      Приносит «ля куэнту». Что-то около пятидесяти рублей:
      – Калькулятор неси.
      – Ну ладно, 40.
      – То-то!

Арбат. «Прощание Славянки».
14 082 км пути (2 362 км по Кубе).

      На Арбате встретились случайно со вчерашней мимолетной знакомой – Смоляночкой. Разулыбались друг другу как родные. Но: «Пэрдонэ, родная, но маньяна посибле».

      В сквере подходит френд давешний, Робби Вильямс:
      – Как настроение?
      – Отстань, слушай…
      – А где ваш амиго Марк? (Единственный нормальный среди этих Рыг).
      Зря это он про Марика. Наступил, подонок, на любимую больную мозоль:
      – ИДИНАХ!!!!!!

      Уже на подходе к отелю, в самой темной подворотне, где каждый наш шаг отдается эхом «пс-пс», подлетает Дикая Кубинская Дивизия – Городская Сумасшедшая:
      – Ну ладно, шутку с молочным питанием вы не понимаете, но «фоки-фоки»? Это-то вы должны понимать? Вон, из того темного угла меня послали вам передать пламенный кубинский привет с поцелуем!
      – Мы – импотенты!
      – Тьфу, на вас! Жадные противные алеманы!


22.12.06, Пятница. День Шестнадцатый.

«Лидо». Последний завтрак, последнее такси.
14 082 км пути (2 362 км по Кубе).

      Последние километры Пути, последние Истории, последние страницы Саги. И завтрак-инклюзив – последний тоже. Тетя на входе отмечает едоков в табеле о рангах:
      – Какой номер «абитасьона»?
      – Куатро-уно-сэро (4-1-0).
      – Куатро-дьес (4-10)?
      Уморились все и тетю уморили! Короче, опять «обосрался сын кулацкий» со своим испанским под самый занавес. Ведь мог как последний бессловесный Рыга тупо предъявить гостевую. Но тогда и этой последней смешной Истории не было бы. Или это была совсем другая История и другое Путешествие. Не наше. Не мое. Ведь мы уже не совсем Алеманы Ё?
      Мы не Рыги, Рыги немы!

      Оставили после себя на туалетном столике всякую мелочь: жвачку, конфеты, «Мирамистин» и гору так и не использованных презервативов. (Хорошо же мы о себе думали!)
      И в качестве стража всего этого алеманского хозяйства – Эль Лук. Вахта Памяти!

      Заказали на стойке такси. Последнее такси.
      Судя по тому, ЧТО к нам подъехало, кто-то из обслуги опять дал своей «фамилии» подзаработать. Опять чей-то дедушко. И такси не алеманское, а «жучка» желто-черная. Та самая, для простых кубинцев.
      Должны же мы были хоть раз на такой прокатиться! Те самые, недостающие 2% процента Плана.
      Были, конечно, серьезные сомнения: доедет ли до аэропорта эта груда Fe2O3: багажник на проволоке бряцает, обшивка внутри, и вовсе – отсутствует как класс. Смерть Империализму!!!
      Но мы не вредные – доехали.

Терминал №3. Последние шаги.
14 110 км пути (2 390 км по Кубе).

      Пошлялись по терминалу. Последние покупки: футболки, сигары, кофе, Рон. На кофейник, в точности такой, что мы видели у хозяев кас, 10 рублей уже не наскреб. А как жить теперь без КОФЕ ПО-КУБИНСКИ?
      Ладно, думаю, в марте Брат Алехандро сюда полетит, ему закажу. А этот самый «редиска», Брат Алехандро, так-таки и не выполнил мой соцзаказ искусству. Вот, – говорит – тебе… МАРАКАСЫ.
      (Я разве что-то говорил про маракасы? «Вот из ит» – МА-РА-КА-СЫ? Какого «ху а ю» маракасы?!): «Мучо грасьяс тебе, добрый ты человек».

      Недавно купил себе эту самую, что ни на есть, гейзерную кофеварку. И испробовал ее вместе с привезенными с Кубы зернами. Вроде, вкус тот же, но чего-то все-таки не хватает.
      – КУБЫ НЕ ХВАТАЕТ! – вынесли свой суровый вердикт Падры.

      Увидели в лавке придорожной поделки: уже известные «вилки-ложки» по 10-15 рублей: «О, смотри, Бобба. А кто-то мне говорил про 2-3 рубля».

      Последний кубинский развод – таможенный сбор в порту: 25 рублей.
      На ракушки и кораллы, рассыпанные ровным слоем по сумкам, никто и носом не повел.

      В Дюти-Фри духи кубинские. Те самые: сладкие, сладостные. Но денег нет. Да и запах этот в наших суровых краях не прижился бы. Нельзя с собой увезти ДУХ КУБЫ!

      Иду по последнему рубежу, «по самой бровке», тоскливо озираюсь по сторонам. Иду как на расстрел. Тетя-униформа мне улыбнулась. Так светло, так по-кубински искренне. Родная моя, Тетя-Улыбка!
      Куба – это и есть ЭТА САМАЯ УЛЫБКА!

      Всё. Путешествие на излете, в прямом смысле слова.
      Я соскучился по своим родным «чикам», по своим конькам, по друзьям… хотя нет, по друзьям все-таки не соскучился. С ними разве соскучишься?

Борт самолета. Рон vs Текила. 5:0.
Около 14 200 км пути.

      С опаской, разумеется, памятуя наш трезвый полет сюда, достали наши походные рюмки:
      «Па-ма-ги-тя-а-а!!!»
      Падрэ Боббо вливался в процесс без фанатизма – пропускал через раз. А нам: такое похмелье после Кубы, что жить насрать! Уж, лучше от водки, чем от тоски.
      Стали «плотнечком» закидывать. Дежурный Рон «Эспесьяле» (т.е. специально для самолета припасенный) стремительно закончился. Или дневную норму надоя мы так невообразимо высоко подняли, что эта «дежурность» нам как «пшик». А не вовремя закинутая «тройная + фиксаж» – загубленная вторая «тройка игроков»!
      С трудом дождались, когда погаснет «фастэн ё белт» («но фумар» так и не погасло), и потрусили к проводникам. За текилой. Похороводили по стопкам и: «………………………. Эттто шшшшто зззза ГАДОСТЬ мы сейчас проглотили?.. Ольмека-Голд?!! Нет, не верю! Мы же ее раньше с удовольствием… ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ИЗ САМОЛЕТА! ОБРАТНО ДОМОЙ, НА КУБУ!!! К РОНУ, СИГАРАМ, МАРИПОСИТАМ!!! А-А-АААААА!!!!!!!!!!!!»

      Но даже их алеманская текила благостно повлияла на расшатанную за последние часы нервную систему. Больной постепенно успокоился и безвольно обмяк на своей койке, вытянув ноги в средний (спасибо работнику аэропорта) проход. Только губы шептали в бреду:
      «Улыбка… чумазая… Пэсонька…»

      Все-таки, хорошая штука – сила Кориолиса. Она скостила нам целых два часа нашего воздушного заключения.
      Правда, запасы текилы у проводников непростительно быстро иссякли. А все потому, что компашка за соседним столом также неоднократно прикладывалась к Святому Граалю.
      А чего вы хотели, дорогие работники воздушного транспорта: радио у вас не работает, видео тоже. А Куба далеко, Куба далеко. И Куба все дальше!!!
      А потом удивляемся: отчего русские такие горемыки-пропойцы. В таком состоянии если не выпить – повеситься можно!
      Но была нам наводка: у одной отбившейся на «сон-тренаж» стюардессы бардачок (от слова «бар») еще не потрошен. И спать ей осталось всего 20 минут. А часики так ме-едленно: «ти-и-ик… та-а-ак…» – еще одна минута прошла-а-а…
      Такая картина: две страждущие группировки забулдыг спрашивают у каждой встречной униформы: «Ну-у-у? Не пробудилась еще эта Спящая Красавица?»
      Эта Соня Ореховая продрыхла непростительные СЕМЬ! ЛИШНИХ! МИНУТ! А для нас каждое мгновение – вопрос жизни, понимаете! Хотя есть ли жизнь после Кубинской Смерти?
      Но, к чести сказать, наш легкий-на-подъем-атлет (читай «легкоатлет»), пришел к заветному финишу первым. (Лавровый венец, вместе с другими сувенирами, где-то дома валяется). Вот, что значит сметливый до женского полу глаз: я вычислил, кто из проводниц не принимал участия в перманентных хождениях по салону за последний час. И когда увидел ЕЕ, выспавшуюся и похорошевшую…
      …а текила у нее была последняя. Т.е. нашим соседям по спирто-захватывающей отрасли повезло гораздо меньше. Точнее, вовсе не повезло, ибо они тоже на Ольмеку ставили!

      Запись бортового самописца:
      «Разминулись в Гаване с солнцем. Оно пошло на Запад, а мы полетели в другую сторону. Хотелось бы с ним еще встретиться по прилету в Москву. А потом и в Че-Геваринске.
      Осталось только день в Москве проторчать, да ночь по аэропортам продержаться…»


   


23.12.06, Суббота. День Семнадцатый.

Москва, Шереметьево – Домодедово. «Уснуть и не проснуться!»
23 700 км пути.

      Серое грязное утро. Серые безрадостные лица. Одежда из камеры хранения тоже серая, тяжелая и неудобная.
      Бля, кто все это придумал?
      (Но, грасьяс…)

      Глупые вопросы тети у «рамки»:
      – А бутылки у вас в заводской упаковке?
      – Это РОН, дура!!!
      (Пор фавор, Рон, 7 аньос…)

      Мужик командировочный в одной из бесконечных пропускных очередей:
      – Вы, действительно полагаете, что кубинцы не работают?
      (подслушал, падла, наш конфиденциальный треп на всю очередь):
      – ИДИНАХ! И без тебя тошно!
      (Но шарск, но баракудс… Гуд сигарс, гуд чикас…)

      Автомат кофейный проглотил 50 «деревянных» рублей и умер! Удары под дых не помогли. Пришлось пить в кафетерии такую же парашу уже за 200 рублей!
      Как, говорите, ЭТИ СЕРЫЕ ПЯТНА зовут ЭТУ ГАДОСТЬ: не-ко-фе?.. нес-ка-фе?.. Бр-р-р…
      (Кафэ и лече рэпетирэ, пор фавор…)

      100 километров по Кольцу до Домодедово. Где небо, где земля – не понятно, мир перевернулся. Снега нет, все кругом серо. Слякотно. Несколько раз проехали один и тот же Мега-торговый центр. Попахивает Кафкой: «Падры, они нас по кругу возят. Хотят, чтоб мы окончательно свихнулись, на этом континенте скорби».
      Наш «Белый Воротничок» Леопольд Гурыч пояснил, что таких Мега-комплексов на Кольце штук пять.
      Верим, но с трудом. Он, конечно, был в столице этой чуждой нам страны более одного раза. И вообще, слывет в светских кругах человеком в высшей степени образованным. Вилку держит исключительно в левой руке. А нож в правой. И не только знает, но и употребляет походя в своей обиходной речи слово «портплед». И ДАЖЕ ЗНАЕТ, КАК ИМ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ! Этим «портом» и этим «пледом»!
      Но от его разъяснений радости не больше. Хочется уснуть и больше не просыпаться! И открыть глаза, лишь почувствовав легкий морской бриз и щекочущее тепло родного Карибского солнца где-нибудь под Тринидадом…
      (Куатро Буканеро и сэнисэра, пор фавор…)

Домодедово. «Уснуть и не проснуться!» – Часть вторая.
23 800 км пути.

      В город выходить не будем! Возьмем койки тут же в ДМД. И поскорей уснуть, чтобы больше не просыпаться!

      Падрэ Лео включил у себя в комнате телик и ушел в душ. Чтоб даже из душа за последними событиями в мире следить. По каналу «Домашний».
      – ДедушкО, а чО так громкО-тО?..
      – А то улетите!.. – тонет в плеске воды.

      Жалкие попытки скрасить ностальгическую хандру: пока один плещется в душе, другой тащит из его комнаты телик (зная, что Эль Мучо Грандэ Кактус без телика даже в клозет не ходит).

      Под вечер все-таки вылезли из берлоги, на предмет «ля пожрать»:
      – А скажите, любезная, сколько стоит этот замечательный комплексный обед?
      – Как ведь сказал: «замеча-ательный»…
      – А у нас на Кубе все друг другу улыбаются, называют «Олями», и говорят друг другу только хорошее…

Домодедово. «Рукопись обрывается…»

      Последние часы в ожидании последнего марш-броска. Пиво в баре. Не наша «сэрбэса», а их ПИ-ВО!

      Тетя за соседним столом. (Судя по ушам – этому зайцу лет 300). Ждет у моря погоды, уже сутки. Пиво уже не лезет. Эта мать пытается мимолетно завязаться. Падры сбегают:

      – Сторожи, а мы покурим. А то тут – «но фумар».
      (Типа, отмазались? Ага, щщщас!)
      – Вы посторожите? – Это она мне. Ушла вслед за кавалькадой улепетавших.
      ………………
      – Ну как, нашла она вас?
      – А мы специально тебя оставили, мосты наводить. А чего она от тебя сбежала?
      – А она сказала, что вас пошла поддержать… за писюльки.
      – Да как же она нас найдет, чудной ты человек?
      – Да по дорожке песочной!

      …теперь уже окончательно, все: час до самолета, два в нем. Т.е. завтра в пять утра будем…
      [Здесь рукопись совершенно неожиданно обрывается].



Habaname (пересказ).

Я листаю альбом фотографий моей старой столицы.
Как живая она предстает из глубоких времен колониальной поры.
Мой отец землю предков оставил, и в Гаване расправил крылья,
Здесь свой дом обретя, где на свет и я появился.

Гавана, Гавана,
Хватит ли слов этой песни
Чтобы вернулось все то,
Чего время тебя лишило.

Гавана, моя Гавана
Если ты знаешь боль
Что я чувствую, когда я пою о тебе
Сможешь ли ты понять, что это моя любовь.

Слушая Матаморос краем уха, откуда-то издалека.
Гавана таит сокровище, которое трудно забыть.
Но годы проходят, и мы смотрим на фото с тоской,
Как исчезают в тумане последние Стены Иллюзий…



Итоги.

Лапидарно:

        - побывали на той части Света;
        - пропахали по Кубе почти две с половиной тысячи километров;
        - отсняли 4 часа видео и более 1000 фотографий;
        - выпили немыслимое количество спиртного;
        - от души повеселились: ОТТОПЫРИЛИСЬ!!!

        Впечатлений на всю оставшуюся жизнь!

Что имеем в пассиве?

      Не выполнили один из важных пунктов Плана: не нассали на заборе базы Гуантанамо: «америкосы – рыги!»
       Отснятых километров и мегабайтов катастрофически не хватило. Еще и потому, что сначала снимали дома и улицы (только на вечернюю Москву извел полчаса видео). Поняли позже, что надо было снимать ЛЮДЕЙ!
       Процесс адаптации занял непростительно много времени.
       Слишком долго раскачивались и подготавливались к Контакту.
       Организм тяжело переживает отсутствие в рационе непритязательной здоровой пищи и РОНА!

Что имеем в активе?

       В активе имеем все остальное: впечатления, знакомства, прорыв в языке и сознании.
       Жизнь стала смотреться несколько по-иному. Жизнь, вообще, и моя, в частности. Я понял, что очень много в этой жизни глупого и наносного.
       Я обнаружил внутри себя, в душе – Кубу. Свою Кубу. Теперь она всегда со мной.
       Я целый месяц не рычал и не кидался на людей, даже на рекламных агентов. И целый месяц улыбался людям на улицах. А губы сами шептали: «Оля…»
       Вместо помпезных, пространных, и часто теряющих смысл тостов, в нашем обиходе появился один: короткий, емкий и искренний. ПРОТО-тост, МЕТА-тост, МЕГА-тост. Тост по существу – САЛУ!
       На свет появилась Сага, вместе с ее Персонажами. И они зажили своей, самостоятельной жизнью. Прикольно, но мои друзья стали себя ассоциировать с этими, отчасти вымышленными, героями. И даже говорить стали их устами. И называть себя их именами. (Даже бренд хотели зарегистрировать «Падрэ Лео»).

Послевкусие.

      Две недели жизни, плюс еще четыре (!!!) месяца оживших воспоминаний, прожитых вместе с героями Саги. Чего больше в этой гремучей смеси бреда и цитат: Кубы или нас? Да важно ли это? Есть Куба, есть мы. И все это переплетено в весьма затянувшийся и скучный, но местами забавный пересказ полумифического Путешествия Аргонавтов к своему Золотому Руну. У каждого Одиссея есть своя Итака. Своя Калипсо и своя Пенелопа!
       Это не рассказ о поездке на Кубу: как раз, ее в Повествовании меньше всего. Эта Сага о 4-х товарищах в несколько необычных жизненных ситуациях.
       Падры ухмыляются:
       – Ты так себя расписал. Назови тогда свою Сагу «Д’Артаньян и Трэс Хоерригос».
       – Может, лучше «Четыре танкиста без собаки»?
       Хотя первое, интуитивное название, как правило, и самое точное. Оно и задало тон и ритм всему Повествованию на все эти титанические четыре месяца:


«ДНЕВНИКИ МОТОЦИКЛИСТА. САГА.






Baddy «El Joerrigo»
Январь – Май 2007 (финальная правка – Август 2009)


Вадим «Baddy» Фазуллин © 2007-2017
© некоммерческое использование материалов сайта возможно с указанием авторства и ссылки на источник.
Тем самым, вы отдаете дань уважения не только автору, но и Создателю



НОВОСТИ


1 2 3 4 5 6 »
18.08.2015

Не будь равнодушным и пассивным пассерованным овощем! Подпиши петицию!

... Читать дальше »


16.05.2012
И снова возвращаюсь к наболевшей теме: как убрать рекламу на сайте ... Читать дальше »
Adblock, Убрать рекламу, всплывающие окна, реклама на сайте
01.09.2013
К огромному моему сожалению, на сайт была совершена атака. Кому понадобился этот скромный личный ресурс, не понятно. К счастью, далеко не вся информация утрачена. Теперь, по мере сил, буду восстанавливать его первозданный вид.
А может, это был звоночек: пора что-то глобально менять в давно морально и физически устаревшей оболочке сайта и способе представления информации на нем? Все упирается во время...

сайт угнали
27.11.2012
В раздел музыки добавил прямую ссылку на один из моих любимейших альбомов (mp3 320 Кб/с, архив zip, размер 100Мб) - Samba Bossa Nova



      Яндекс цитирования