Лаборатория - Baddy Riggo

Главная | Статьи | Глаголы | Микроатюры Регистрация | Вход

"Номера" (Месяцеслов)

Номер #1. Февраль.

Не скажу, что я испытал к ней ту животную страсть. Ну, вы знаете, как иногда бывает: когда молния пробивает тебя насквозь и врезается пламенем где-то в паху, и ты понимаешь – твое.

Нет, но я на мгновенье представил, что вот я – еще неплохо сохранившийся, не окончательно заплывший жиром жеребчик, с едва пробивающейся сединой в бороду, и она – пышущая здоровьем, смуглая молодая кобылка. Представил, какие замысловатые яркие и солнечные сплетения мы сможем из себя представить себе же на радость. Эдакий красочный пазл на досуге, когда настолько себя нечем занять, что хоть пазлы собирай. Ну, или на худой конец (в сознании всплыло) мы – как старый добрый «Тетрис». Вот она, розовая опрокинутая буква «П» спешит упасть на самое дно, и стелется где-то там, в манящей глубине, а я – раскрасневшийся «Т», спешащий на сближение с завидной скоростью среднего уровня сложности.

В общем, ссылка на пазлы меня здорово взбодрила, я опрокинул настойку агавы на ходу уже без всякой соли и лимона, и мы повлеклись в «номера»…

 

Номер #2. Декабрь.

Что сказать? Я пропал! Пропал сразу же, как только она появилась в двери. Как там это называют: флюиды? химия? Я это называю «Женщина-кошка». Причем, не важно как она на самом деле выглядит: кривая ли она или косая, или царица красоты невиданной. Все не важно – в ее движениях с первой же секунды чувствуется это истинно животное, хищное. Самочное. И все, что до сих пор нашептывал тебе разум про нормы морали и фальшивую благопристойность кажется наносным, диким и по-настоящему безнравственным. Если оно идет вразрез с самой природой.

Неужели нюх самца так остр, что в мгновение способен уловить течку этой тигрицы? Еще как! Куда только делся неподъемный груз заниженной самооценки и подвисший живот. Как оказались вместе, о чем говорили? Ради таких, вот, самочек наше кобелиное племя способно на все: убить, украсть, продать идеалы и даже изменить Родине…

Чего тут говорить: как только выдался удобный момент, мы улизнули с вечеринки. Нас ждали «номера»…

 

Номер #3. Апрель.

Все-таки тысячу раз был прав жулик Калиостро! Любовь – это формула. Только нужно ее вывести. Или списать у другого. Знаешь формулу, ответ не замедлит, и вот он перед тобой на блюдечке, точней – на постелечке. Пробежав, даже бегло, пару нужных брошюрок по теме, и десятой части не запомнив, так разве – пару прихватов: куда сказать, кому посмотреть и кого сделать. Решил попробовать, совместить теорию с практикой.

Со многим многолетний опыт не был согласен, но эксперимент дороже. Что бы вы думали? Работает! Но в душе смешанные чувства. Ликование: смотри какая краля в рот тебе заглядывает. И, с другого бока, некое гадливенькое чувство и даже разочарование, что девушка-то помимо красоты еще и умница, но с полтычка повелась на такие незамысловатые прихватки. И это только на пару приемов из того огромного неосвоенного арсенала!

А если с толком за учебники засесть? Это ж любую эдак можно! Как удав кролика! Только несъедобный розовый бантик выплюнуть и, улучив момент в промежутке между пожирающими поцелуями, победно протрубить хитрым глазкам в зеркале заднего вида: «Шеф, в номера!»

 

Номер #4. Август.

Я стою один посреди пустынной улицы, посреди опустевшего ночного города, посреди вымершей планеты. Один одинешенек. И до момента, когда меня все-таки подберет какое случайное авто, я буду по кругу терзать себя вопросом: «Почему сегодня она все-таки выставила тебя за дверь». Казалось, все идет по плану: и романтичная встреча с дурацким букетом во главе, и хмель от вина, чтобы немного ослабить сопротивление, и без того слабое. И ее благосклонность (я же это сразу почувствовал).

Все, вроде. И ты мысленно уже соображал, как бы лихо и незаметно скинуть под диван носки. «Да, нет» – резонишь себя – «ты все сделал правильно. Но был какой-то форс-мажор, который от тебя и не зависел, сроду». Форс-мажор – ключевой пункт оправдательной речи. А иначе, без этого самого форс-мажора картинка не складывается.

Мало ли чего, думаешь: излишняя щепетильность встреч на ее территории, или просто изначальная установка – «не сегодня, не сразу». Или «фазы луны в полный рост», хотя кого это сейчас останавливает? Меня-то никогда не останавливало, а ее, может, и останавливает.

Да хоть мигрень!

Только стою я сейчас с этой мифической ее «лунной» мигренью и уже вполне реальной головной болью у самого себя. В обоих смыслах слова. В смысле – квадратны и голова, и яйца. В которых зудит и токает: «Надо было гнать на номера…»

 

Номер #5. Март.

Все надо делать вовремя! Это только винегрет вкусней на второй день становится.

Я потратил на нее уйму времени. Но вы видели, как она танцует? А фигурка точеная? А попка? А это ее беглое, как бы вскользь и невзначайное: «What?» Ведь одной только попкой меня в сети поймать мудрено. А вместе с этим ее «what» – в самый раз.

Сам, конечно: «Nothing». В смысле, ничего существенного, Крошка.

(Ничего существенного? Как же! У самого глаза из орбит: вот же нашла все-таки, чем зацепить. Коварная!)

Вообще, все эти встречи, ухаживания… чего-то это напрягает. Не для меня. Для меня Теория Здорового Цинизма имени поручика Ржевского. Вместо подарков, цветов и культпоходов по ресторанам – кавалерийская атака, где поцелуй вместо слов знакомства. Одну руку глубоко в недра кофточки, другую – и того глубже.

Не сработало? Значит, и дальше не сработает. И никакими сложными «многоходовками» не выправить – не даст! Но мы-то с вами знаем – все работает и срабатывает! Как правило. К чему тогда весь этот маскарад?

Но с ней – другое. Забрала она меня. Всего. Положила на ладошку, посмотрела хитро, а потом просто прихлопнула другой. Даже мокрого места не осталось. Хищница! Вот и пришлось по полной программе: кафе, рестораны, букеты… как снежный ком, с каждой встречей все больше. Милые дежурные безделицы в качестве подарков уступили место все более изощренным «бранзулеткам». В какой-то момент уже было подумал обреченно: «Динамо» или того хуже - консумэ. И тут-то все и случилось…

Из «номеров» мы уезжали как побитые собаки. Обошлись даже без дежурного «созвонимся». Такого разочарования я никогда не испытывал… Она, думаю, тоже.

 

Номер #6. Июль.

Если бы я мог представить себе заранее, что такое возможно, все равно бы не поверил. Она же моя начальница! Женщина статная и правильная во всех отношениях. Непререкаемый авторитет, глыба! Ее монументальные формы и разница в возрасте (пусть и в несколько лет) кажутся непреодолимой пропастью. «Не боги горшки обжигают» – так она подбодрила меня, молодого специалиста в первый день моей работы. Знал бы, какой смысл приобретет эта фраза буквально через пол года.

Конечно, будь это не в ее кабинете. Все же лето – за окном жара, в голове пляж и купальники с изящными девическими фигурками в них. И никакая работа кроме секса в этой голове и близко не сидит. Так и хочется поскорей снять с себя все эти воротнички с галстуками, и еще кого-нибудь раздеть за компанию.

А у нее в кабинете кондиционер и бумаги на столе. Все чопорно и сухо. С прохладцей – отчетная пора. И она сама строгая и донельзя деловая тетя. И чтобы так молниеносно и жарко все развернулось, расстегнулось, разлетелось. Прямо на столе и на бумагах.

И такой опыт важен. Хотя впервые в моем небогатом опыте перебирать эти милые, но все-таки уже складки все равно, что перелистывать страницы квартального отчета.

Какие уж тут «номера»? Но старшего я получил…

 

Номер #7. Октябрь.

Я молодой зеленый пацан. Я весь трепещу и сбиваюсь в дыхании. Нас, новобранцев наши старшие товарищи-старшекурсники чуть не в очередь выстроили, снабдив беглой инструкцией и сплюснутым брикетиком от патронташа советских чугунно-каменных презервативов. По одному с гирлянды, не больше – в стране дефицит не только с мылом, но и с резиной!

Трутни жужжат вокруг, наш досуг организовывают. Матка-пчела уже подготовленная спиртным и теми же старшими товарищами уже вовсю играет отведенную ей роль. В этом общажном улье остались еще незадействованными рабочие пчелки. И нам сейчас предстоит работа, и мы сейчас станем настоящими работниками!

Я готов взорваться прямо сейчас от одной только мысли о предстоящем таинстве, но надо донести свою ношу до благодатных сотов, хотя бы капельку нектара.

«Какой там номер?» – я от волнения все забываю и постоянно переспрашиваю – «Ага, комната номер 315!»

 

Номер #8. Июнь.

Я сделал совершенно непростительный, просто преступный шаг, вылакав перед встречей какого-то сухого винишка. Для храбрости. Храбрости не прибавлялось, и к моменту, когда я все же направился к ней, я понял, что беспросветно и бесповоротно пьян. Июнь – на солнце меня развезло окончательно.

Но все девочки, девушки, женщины, независимо от своего возраста, созданы быть матерями. И в представившейся ситуации всегда рады ощутить в себе и проявить в полной мере заложенные в ней материнские инстинкты. Подставив свою грудь… обнаженную грудь. Не под пули, а буквально вложить ее в мои непослушные пьяные заплетающиеся руки. Только ради того, чтобы ребенок благодарно улыбнулся и блаженно уснул тут же, на этой груди.

Такие бывают порой номера…

 

Номер #9. Сентябрь.

Последний день моей сельской уборочной командировки. Последний номер, последняя циферка в календарике, которую я зачеркну сегодня и, более того, проткну иголкой. Как на дембель в армии. Сегодня меня сменит другой нормировщик.

Первые заморозки и я, придвинув койку вплотную к огромному раскаленному ТЭНу, наслаждаюсь благостным утренним сном. В предвкушении дома.

Но помешали. Приходится прервать сладкий эротический сон про «Путь домой» и запустить вместе с морозным утром и настойчивого посетителя в свою бендежку. Даже посетителей… а еще пуще – посетительниц. На пороге две женщины… нет, при свете все же девушки. Это и есть моя смена. Нормировщицы. «Номеровщицы». Одна (второй номер из имеющихся – по моим предпочтениям) остается здесь. А другую, Стройненькую – Номер Первый (по моей классификации нормировщиц), заберут с нашей попутной машиной на следующий кордон. Но это еще через пол дня.

Девушки-то – девушки, но судя по наметившейся фривольной линии разговора, смачно сдобренной матом и подробностями, опыту некоторых из присутствующих любая прожженная бабища позавидует. Мысли о близком доме, уюте и цивилизации с пирожками как-то плавно отошли у меня на второй, даже на третий план.

Остались детали. Я пытаюсь произвести впечатление на Стройненькую: более молодую и симпатичную, и менее нахальную. Хоть и тоже уже «разведенку». Но нахальство и напор напарницы все-таки побеждают. И не скажу, что был особенно раздосадован таким раскладом. Да и нахальство не долго в тепле торжествовало, пока Первый Номер на холоде без ласки стыл.

После небольшого общего перекуса-перекура-перепива мы вежливо, но настойчиво посоветовали кому-то среди «вторых номеров» тоже на улицу прогуляться. Теперь и у другой появилась возможность не спеша сходить за сигаретами и еще выпивкой, вдоволь накуриться на свежем морозном воздухе, и уже успеть конкретно замерзнуть снаружи. Потому что в бендежке, уже нашей общей, я не давал замерзнуть моему Первому Номеру – Стройненькой.

«Трио нормировщиков»… И это счастье со мной? – ликует в голове.

Как хорошо, что я настоял у зама на этой отдельной бендежке. Чем не «номера» с Номерами?

 

Номер #10. Январь.

Первые две недели года всегда сливаются в одну нескончаемую попойку, перетекающую в опохмелку и обратно. По кругу. В конце концов, и день с ночью, и реальность с вымыслом тоже переплетаются в такой замысловатый внесознательный ком, из которого вернуться в реальный мир бывает крайне трудно. Именно в такой обстановке я и оказался на той квартире. Ответив положительно на предложение товарища «замахнуть по стопочке».

Видимо, это был все-таки вечер, т.к. за окном фонари уже вовсю освещали заснеженную улицу и случайных прохожих. И свет в комнатах был уже погашен. Да чего там: и обитатели этого злачного местечка тоже были уже изрядно «загашены», коль мне пришлось неоднократно оступаясь в темноте, преодолевать преграды в виде тел на полу. Во всяком случае, стоящих и сидящих силуэтов привыкшие к полумраку глаза так и не приметили. Вся квартира в лежку! Или в свалку? Хотя кое-какие волнующие воображение шорохи тут и там раздавались.

«Ты садись за стол, не стесняйся. Там еще можно много выпивки и закуси найти, на ощупь. А я уже не могу. Да и ждут меня… в соседней комнате».

Откуда-то из темноты глубокий грудной женский голос стал томно звать Сергея. Никто на Сергея не отзывался. Когда эти пьяные позывы стали уже конкретно доставать окружающих («Серега, б…, иди уже успокой свою»), я замахнул еще одну стопку и сказал: «Иду, иду».

Где-то в промежутке между нахлынувшими на нас движениями рук и тел она все же успела прошептать, задыхаясь, и совсем неуверенно: «Ты же… не Серега?..»

Так эта ночь и осталась в памяти как «Ночь Сказок» (оба слова – с большой). Зашел «замахнуть по рюмочке», а оказался в самых что ни на есть «номерах». Хорошо иной раз оказаться ко времени и к месту: оказаться Серегой!

 

Номер #11. Май.

Первые майские дни. Первые теплые дни. Вылазка, посвященная труду, маю и Победе над фашистами. Тело так истосковалось по солнцу и теплу. И мы, веселые разбитные студенты впитываем это тепло и снаружи, и изнутри. И тушим этот возникший внутри жар от шашлыков уже теплыми от солнца пивом и водкой. А тело, разомлевшее от радости Молодости, солнца и выпитого, томится в предвкушении: что-то сегодня будет.

Важно лишь не пропустить момент. Не пройти мимо Знаков Судьбы, – скажу, мнимо философски. Скажем, просмотр в пол мыльного осоловевшего глаза третьего «Крюгера» – это точно тупиковая ветка. Но когда наш татарчонок Амирка как-то необычайно живо, несмотря на выпитое, подрывается из-за стола в направлении вне – это Знак. Настоящий Знак, Знак-так-Знак, Вот-это-я- понимаю-Знак!

Его уверениями, что «это по курсовому», и что «только на пять минут», меня с Пути не свернешь. Тогда он включает форсаж, и я чуть не теряю его где-то на перегонах между корпусами, этажами и комнатами общаг. Вот же, хитрый татарский лис!

 

…и к чему бы ему так рваться от погони, когда в этом женском цветнике хватило бы места пастись меж лилиями еще, по меньшей мере, трем-четырем алчущим и страждущим.

Ага, а смежная комната во мраке – это, значит, и есть на сегодня те самые – «НОМЕРА»?!

 

Номер #12. Ноябрь.

Вот вам и «номера»! Обстановка категорически асексуальна. Хаза! Какие «синяки» до этого здесь обитали? Облупившаяся краска скрипучих досок пола, дикие зеленые обои «в елочку», толи естественно выцветшие такими безобразными пятнами, толи забрызганные чем. Фантазия с брезгливостью рисует, чем именно. Одна чахлая лампочка на все пространство, как результат «рачительности» сдатчиков этой халупы. И совершенно специфический, въевшийся в стены и остальную убогую обстановку спертый затхлый запах. Запах помещения, в котором годами беспробудно бухали, курили, блевали. Апофеозом всего – продавленный прожженный старый диван. На котором я должен сейчас изобразить пыл и показать страсть.

Гримасу брезгливости и отвращения стереть с лица так и не удается. С ужасом думаю о ее реакции: как бы она к себе не отнесла эту мою кислую мину. Наши взгляды встречаются и… мы от души облегченно смеемся. Я вижу на ее лице практически зеркальное отражение моих эмоций и ту же тревогу за мою ответную реакцию.

Окружающая обстановка удивительным образом и так быстро нас сблизила, что все вокруг, вся гадость и грязь вмиг распалась и растворилась в нашем взгляде, смехе, поцелуях, прикосновениях…

А что, скажу я, не такие и плохие «номера»… нормальные «номера»!

  

Baddy Friedrich Hieronymus Freiherr von Joerrigo, февраль 2009


Категория: Микроатюры Дата добавления: 16.02.2009 (Просмотров: 842)
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
СТАТИСТИКА
18.08.2015
Штраф за "просроченный"...
01.09.2013
Атака на сайт!
27.11.2012
Samba Bossa Nova
31.10.2012
Джеймс Бонд - перезагру...
17.06.2012
17.06.2012
16.06.2012
16.06.2012
12.06.2012
День "независимости" России
02.06.2012
02.06.2012
ФОРМА ВХОДА
Вадим «Baddy» Фазуллин © 2007-2017
© некоммерческое использование материалов сайта возможно с указанием авторства и ссылки на источник.
Тем самым, вы отдаете дань уважения не только автору, но и Создателю



Последние НОВОСТИ



      Яндекс цитирования