История одного заблуждения
Из коллекции школьного друга
Наверно, сегодня, спустя 30 с лишним лет уже можно самому себе признаться, что пластинка была приобретена в первую и главную очередь за чумовую обложку. И только потом — за поп-обработки для гитары классики от Баха, Дебюсси, Мусоргского, Шопена и Прокофьева до Эндрю Ллойда Уэббера и Дейва Грузина.
И даже тот факт, что пластинка не моя, а моего школьного друга, не отменяет того юношеского трепета, когда ты держал ее в руках. Что ни говори, а чехи умели делать пластинки, над которыми можно было трепетать. И по содержимому, и по оболочке. Тут тебе и качественная, не сравнимая с советскими пластинками полиграфия, и плотный глянцевый конверт, и внутренний хрустящий антистатический пакет… фирма́ одним словом.
Но даже не это самое интересное в пластинке, которую, в числе прочих ностальгических воспоминаний отрочества, взял у друга переслушать несколько лет назад. Взял, да так вернуть все никак договориться не можем. Вспомнил об этой пластинке вчера, когда оформлял очередную заметку на сайт про баховские прелюдии в исполнении известного отечественного трубача Тимофея Докшицера. Та пластинка была поистине культовой, детали о которой со временем стерлись в памяти, кроме ощущения ее значимости и масштаба для меня, 16-20 летнего юнца в дальнейшем развитии и становлении мировоззрения. Само сочетание Баха и его клавирных прелюдий в переложении для трубы уже стоило юношеских восторгов. Бах и труба!
И всякий раз, когда впоследствии в звуковом эфире звучали знакомые фуги, в памяти всплывала та самая пластинка. Финт памяти был в том, что все эти годы я считал пластинку чешской, а самого исполнителя — известной мировой звездой. И лишь несколько лет назад, когда я как раз и напросился к товарищу, давно забросившему винил на антресоли, покопаться в его огромной виниловой коллекции (коллекцию начал собирать с классики еще его отец), я таки обнаружил, что та самая пластинка была вовсе не чешской, а известной мировой знаменитостью на ней оказался наш советский Докшицер.
Почему я все это время заблуждался и придумал для себя все эти детали, одному богу известно. И лишь вчера меня вдруг осенило: ведь у Димона была похожая пластинка! И именно чешская, от Supraphon. И в таких же теплых «золотистых» тонах, и тоже классика… постойте, ну да, точно, там еще два мужика во фраках и меж ними прекрасный обнаженный девичий стан, на который мы когда-то слюни пускали. Только, убей, в который раз забыл, что то была за пластинка, кто те самые музыканты во фраках, и вообще…
Стало интересно, смогу ли я по запросу «супрафон два гитариста и обнаженная девушка» отыскать ее. Ну, положим, запрос в таком виде не сработал и пришлось подключать другие хитрые и менее очевидные подходы к вариантам поиска. И все же отыскал некого чешского гитариста Любомира Брабека, который, в итоге, и оказался тем самым одним из мужиков во фраке, отыскать которого по дискографии в Дискогсе было делом уже нескольких минут.
А сегодня с утра очередное озарение: а вдруг тогда, несколько лет назад среди прочих 30 отобранных у Димона пластинок я и эту с фраками вдруг забрал для ностальгических прослушиваний и пусканий слюней? Перелистал пачку… ну точно, вот она! Вот она, вот ностальгия, а вот слюни и фраки. Тут как тут.
Ради интереса сравнил обе пластинки, Любомира с Докшицером, на предмет ассоциативной схожести, сидевшей в голове долгие 30 лет. Ну… что-то же есть: классика, фраки, Бах, теплый «телесный» фон конвертов и одно время, когда обе попались в руки и так крепко запали в голову, спутав давние юношеские воспоминания…
Baddy Riggo, 30.03.2024
