«Как все-таки приятно лежать вот так, рядом, касаясь друг друга, обнявшись и растворившись друг в друге: она на животе, немного навалившись на меня боком, а я… я готов пожрать ее глазами, такую теплую, мягкую и родную, и близкую настолько, что, кажется, самому до себя неизмеримо дальше...»
«Ее взгляд… можно утонуть в этом взгляде. И я тону. Как последний «Варяг» тону в ее бездонных как небо глазах, в ее припухших от поцелуев губах и ее улыбке… Где найти слова, чтобы описать этот безмерный подвиг заведомого поражения, это безоговорочное погружение на дно, и этот взвившийся над мачтой белый флаг. Флаг из простыней. Из простыней в алое сердечко...»
(из миниатюры НЕБОГЛАЗ)
Также на порталах ПРОЗА и СТИХИ
Как все-таки приятно лежать вот так, рядом, касаясь друг друга, обнявшись и растворившись друг в друге: она на животе, немного навалившись на меня боком, а я…
…я готов пожрать ее глазами, такую теплую, мягкую и родную. И близкую настолько, что, кажется, самому до себя неизмеримо дальше. Потому что дело ли тебе сейчас до самого себя, когда вот она, вся в твоих руках, в твоем пожирающем взгляде? Всецело и полностью.
«Научная секция пилотов» (1996), фильм Андрея «И» Хорошева
Странный фильм. Болезненный, надрывный. Сказался в полной мере угар «лихих девяностых». Концовка фильма не проясняет ситуации в полной мере и, кажется, в этом и есть задумка создателей: нет конкретного маньяка, ответственного за ужасы московской подземки. Потому что все – маньяки!
«Бог – это идея,
которой мы измеряем нашу боль»
Прошло немало времени, прежде чем я решился на этот шаг. Набирался опыта, знаний и аргументов, чтобы сказать: христианская доктрина мне не близка.
Я ждал всегда, что похотливая ты самка, Птибурдукова. И не ошибся, чему последнее посланье подтвержденьем. Тебя я обожаю, как сам Птибурдуков, а может больше (на расстояньи малое премного большим кажется всегда — секреты перспективы).
«Совершенно очевидно, что проблема выбора, стоящая теперь так жестко, не оставляет шансов на поверхностное и спонтанное принятие решения. В результате чего многовариантность не влечет за собой эмоционального подъема, на который хотелось бы рассчитывать»
…не вовремя, конечно, всегда этот праздник. Ни к месту и ни ко времени. В самое обострение и авитаминоз. Хоть мимозу для восполнения охры и других микроэлементов ешь. Картина: подходишь к лотку на улице, покупаешь пук, в рот – и жевать. Картина!
Не скажу, что я испытал к ней ту животную страсть. Ну, вы знаете, как иногда бывает: когда молния пробивает тебя насквозь и врезается пламенем где-то в паху, и ты понимаешь – твое.
Из цикла «Молитвы безмолвия»
Сижу один. Опять один. Как всегда один. Наверно, в этом и есть мое предназначение, потому что другого смысла для оправдания своего существования уже давно не нахожу. И, каждый раз задумываясь над этим, понимая это, остро ощущая, мне становится невыносимо. Невыносимо больно и тоскливо. И катастрофически безысходно. Невыносимо жить так – без надежды на будущее и с горестным осознанием пустого прошлого. Жить без поддержки, и не имея сил в одиночку вынести это.
Обещанная история. Пропавшая в первой попытке, в скачке силовом. Навеянная Вейтсом из колонок. С кучей отступлений в скобках, сложносочиненная.
Из цикла «Молитвы безмолвия»
Вместо бравурных зарисовок «по линии декольте» отрывки из ненаписанного уже, совершенно упаднического суицидального романа. Оттого и без названия, что его нет и не будет. Такой вот радиационный фон внутри меня последнее время. Сам ужасаюсь, как с такой гадостью можно жить, хоть просто существовать?