«Как все-таки приятно лежать вот так, рядом, касаясь друг друга, обнявшись и растворившись друг в друге: она на животе, немного навалившись на меня боком, а я… я готов пожрать ее глазами, такую теплую, мягкую и родную, и близкую настолько, что, кажется, самому до себя неизмеримо дальше...»
«Ее взгляд… можно утонуть в этом взгляде. И я тону. Как последний «Варяг» тону в ее бездонных как небо глазах, в ее припухших от поцелуев губах и ее улыбке… Где найти слова, чтобы описать этот безмерный подвиг заведомого поражения, это безоговорочное погружение на дно, и этот взвившийся над мачтой белый флаг. Флаг из простыней. Из простыней в алое сердечко...»
(из миниатюры НЕБОГЛАЗ)
Также на порталах ПРОЗА и СТИХИ
Я ждал всегда, что похотливая ты самка, Птибурдукова. И не ошибся, чему последнее посланье подтвержденьем. Тебя я обожаю, как сам Птибурдуков, а может больше (на расстояньи малое премного большим кажется всегда — секреты перспективы).
«Совершенно очевидно, что проблема выбора, стоящая теперь так жестко, не оставляет шансов на поверхностное и спонтанное принятие решения. В результате чего многовариантность не влечет за собой эмоционального подъема, на который хотелось бы рассчитывать»
…не вовремя, конечно, всегда этот праздник. Ни к месту и ни ко времени. В самое обострение и авитаминоз. Хоть мимозу для восполнения охры и других микроэлементов ешь. Картина: подходишь к лотку на улице, покупаешь пук, в рот – и жевать. Картина!
Не скажу, что я испытал к ней ту животную страсть. Ну, вы знаете, как иногда бывает: когда молния пробивает тебя насквозь и врезается пламенем где-то в паху, и ты понимаешь – твое.
Обещанная история. Пропавшая в первой попытке, в скачке силовом. Навеянная Вейтсом из колонок. С кучей отступлений в скобках, сложносочиненная.
Из цикла «Молитвы безмолвия»
Вместо бравурных зарисовок «по линии декольте» отрывки из ненаписанного уже, совершенно упаднического суицидального романа. Оттого и без названия, что его нет и не будет. Такой вот радиационный фон внутри меня последнее время. Сам ужасаюсь, как с такой гадостью можно жить, хоть просто существовать?
Мне был Ангел. Сегодня. Я Его видел. И я с Ним разговаривал. Сегодня…
Я листаю альбом фотографий
Моей старой столицы.
Как живая она предстаёт
Из глубоких времен колониальной поры.
Мой отец землю предков оставил,
И в Гаване расправил крылья,
Здесь свой дом обретя,
Где на свет и я появился.